— Все мы иногда что-то предчувствуем, Михаил. Это нормально, — говорит она, изогнув бровь.

— Я не могу дозвониться до Ивана. Что-то не так, — говорю я ей.

— Ну, может, он просто занят, — предполагает она, стараясь казаться невозмутимой. Но я вижу, что она не верит в это, как и я.

— Возможно. — Я обхватываю ее щеку правой рукой. — Когда я думаю о том, что с тобой или Мабилией может что-то случиться, я... — Я замолкаю на полуслове.

— Я знаю. Все в порядке. С нами все в порядке, Михаил. Мы здесь. Мы в безопасности, — говорит она.

— Ты права. Все в порядке. Я тебя люблю. — Признаюсь я ей в любви по-русски. Она понятия не имеет, что я только что сказал, и не осознает, насколько серьезно я отношусь к каждому своему слову.

— Что ты сказал? — улыбается она.

— Я тебе потом расскажу. Сейчас вернусь, — говорю я. Наклонившись, я целую дочь в макушку и иду в сторону столовой. Тео и Ромео все еще сидят за столом. — Через сколько времени вы сможете доставить сюда вертолет? — спрашиваю я их.

— А что? Ты куда-то уезжаешь? Назад в ту пещеру, из которой вылез? — спрашивает Ромео.

— Хватит, — рявкает Тео на брата, а затем поворачивается ко мне. — А что? Почему тебя это интересует?

— Я хочу, чтобы он был здесь наготове. Мне нужно, чтобы Изабелла и Мабилия могли быстро покинуть этот остров, если что-то случится.

Оба мужчины тут же выпрямляются. Взгляд Тео буравит меня насквозь. Я бы никогда не признался ему в этом в лицо, но он станет отличным доном, когда займет место своего отца.

— Что ты знаешь? — спрашивает Тео.

— Ничего. Просто предчувствие. Доставь вертолет сюда с одним или двумя пилотами, — говорю я ему.

— Я не подчиняюсь твоим приказам, — ворчит он.

— Мать твою, это не приказ, а просьба. И да, найди еще лодку. Мы не должны быть легкой добычей посреди острова, откуда нет выхода, — говорю я им.

— Выход есть всегда. Хочешь, я тебе его дам? — спрашивает Ромео, поднимая пистолет, лежащий перед ним.

— Прекратите. Убери это, Ромео, — ругает их Изабелла. Она передает Мабилию мне. — Если у Михаила плохое предчувствие, то мы должны его послушать. Это не ради нас. А ради нее. — Она указывает на нашу дочь.

— Ты права, Из. Я приму меры, — кивает Тео.

Я улыбаюсь своему котенку. Она действительно сила, с которой нужно считаться.

Глава 35



Последние четыре дня Михаил был на взводе. Он попросил Тео организовать вертолет и пилота, которые будут постоянно находиться на острове. Он также пришвартовал скоростной катер у берега. И собрал сумку для Мабилии со всем необходимым, которая хранится в каждом транспортном средстве на случай, если нам придется срочно уехать.

Последние шесть недель оказались лучше, чем я ожидала. Меня всегда тянуло к нему физически, потому что, ну, если бы вы его увидели, вы бы меня поняли. Но теперь я не просто влюблена в этого мужчину. Я люблю его и не представляю жизни без него.

Михаил больше не поднимал тему брака после последнего разговора об этом. Хотя, если бы он спросил меня сейчас, я уверена, что согласилась бы. Может, мне стоит поступить так, как поступил Маттео, и просто поехать на выходные в Вегас, а потом обвинить алкоголь в том, что мы "случайно" поженились.

Кстати о Маттео. Я уже несколько дней не разговаривала со своим кузеном. Я знаю, что он без устали работает над моим делом, пытаясь найти информатора. Михаил тоже продолжает поиски с помощью своих людей. Обе стороны пока ничего не нашли.

Интересно, что произойдет, когда они узнают? Когда я смогу вернуться в Нью-Йорк? Что будет со мной и Михаилом, когда наступит суровая реальность нашей жизни? Здесь, на острове моей тети, легко потеряться в фантазиях. В сказочном финале, который не создан для таких, как мы. Дома все будет по-другому. Сложнее.

Я беру телефон и нажимаю на зеленую иконку рядом с именем Маттео. Через пару минут я уже собираюсь повесить трубку, думая, звонок вот-вот оборвется, когда он отвечает.

— Иззи, все в порядке? — спрашивает он.

— Да, здесь все в порядке. Как у тебя дела?

— Хорошо, — говорит он.

— Мне жаль, что тебе приходится это делать, Маттео.

— Не глупи, Из. Я никогда не перестану бороться за тебя.

— Спасибо, — говорю я.

— Есть кое-что, о чем я хотел спросить... — начинает он, и я молчу, ожидая, когда Маттео продолжит. Но в то же время боюсь того, о чем он, я знаю, спросит дальше. — У всех так называемых жертв есть одна общая черта. Они известные сексуальные преступники, — говорит он.

— О, — говорю я. — Извини… Мабилия только что проснулась. Мне нужно идти. — Я отключаюсь. Я ни за что не смогу объяснить кузену, почему я сделала то, что сделала. Хотя, если кто и поймет меня, то это Маттео. Свое первое убийство он совершил, когда увидел, как насилуют его шестнадцатилетнюю кузину Хоуп.