Машина въехала на подъездную дорожку, ворота за нами закрылись, а датчики движения включили фонари по периметру. Двухэтажный дом в минималистичном стиле, стены которого были сделаны из керамического поризованного блока цвета графита с отделкой фасада из деревянного планкена и камня, был создан специально для меня. Я приказал не срубать деревья на территории, чтобы издалека дом был не так заметен, но огородил территорию от посторонних.

Я приезжал сюда только по ночам и тогда, когда мне требовалось тихое укромное место для работы, чтобы мирные жители Сакраменто не начали распускать слухи о маньяке, напавшем на город.

Сегодня Кая переночует здесь, а утром я отвезу её к отцу и займусь своими делами.

Припарковав машину во дворе, вышел и открыл дверь со стороны девушки.

Я очень надеялся, что она не станет создавать мне проблем сегодня ночью, так как я потратил достаточно много времени на дорогу и был измотан. Мне также хотелось закончить работу с новобранцем в подвале гаража, но только после того, как копия Талии отправится к отцу.

Мой взгляд упал на девушку. Несколько прядей выбились из её длинных шоколадных кос, красивое лицо, перепачканное кровью, выражало усталость и равнодушие, а висок и скула заметно потемнели от нарастающих на них синяков.

Я вытащил нож из нагрудника и наклонился к ней.

Кая вжалась в сиденье, вероятно подумав, что я буду угрожать ей, если она не согласится на мои условия. Но только слабые мужчины делали это с женщинами, потому что не имели ничего, кроме своей физической силы.

Я схватил её за ноги и прижал лезвие ножа к веревкам.

– Я развяжу тебя, а потом мы пройдём в мой дом, и ты ляжешь спать.

Она ничего не ответила, ожидая, что я скажу, будто это шутка, но таковы были планы на сегодняшнюю ночь. Я не собирался менять их, если только она меня не принудит.

– Может быть, тебе больше прельщает другой исход событий? – неоднозначно спросил я.

– Почему?

Почему я не собирался воспользоваться ей, или почему дал комнату в своём доме, хотя ненавидел видеть посторонних людей в нём? Сам не знаю.

Мне было дозволено делать с ней всё, что заблагорассудится, кроме убийства, но я лишь хотел, чтобы она поскорее смыла всю эту грязь и кровь со своего тела, а после пропала из поля моего зрения.

Я дёрнул руку вверх, и лезвие освободило ноги девушки, на коже которых остались следы от слишком сильного натяжения верёвки. Потом сделал то же самое с руками и заметил, как Кая слегка вздрогнула, когда я дотронулся до неё, чтобы не поранить.

– Следуй за мной, – выпрямившись, проинструктировал я.

Но прежде чем пойти в дом, достал из багажника пропитанную кровью рубашку чёрного цвета, которую переодел ещё перед отъездом из Рино. Развернувшись, направился внутрь, но не услышал, чтобы девушка поднялась и последовала за мной. Тогда я остановился, тяжело вздохнул и, повернув голову, встретился с её озадаченным взглядом.

– Ты же понимаешь, что мне не составит труда поднять тебя и затащить внутрь, верно?

Кая быстро опустила ноги на землю, и мои глаза задержались на них дольше, чем следовало.

– Поживее, – подогнал её я.

Девушка, наконец, последовала за мной.

Я собирался запереть Каю в комнате по соседству со своей, чтобы если вдруг ей в голову придёт идея бежать, я остановил её раньше, чем она успеет наделать глупостей. Но до этого я хотел умыть её.

Меня пугало то, как она выглядела.

Мы зашли внутрь, я кинул испачканную рубашку на пол, планируя сжечь её завтра, и прошел в кухню. Кая осталась в коридоре. Спустя минуту я вернулся к ней, когда в моей руке было чистое белое полотенце, аптечка и ещё одна бутылка воды.

Она смотрела на меня, как на приведение.

– Что вы будете со мной делать? – Её голос дрожал, подсказывая, что она всё-таки хотя бы немного боится меня.

Не то чтобы это радовало меня. Но ей стоило опасаться таких, как я.

Я посмотрел на Каю сверху вниз, проходясь глазами по стройному, покрытому синяками телу, которое никогда не должно было так выглядеть. Её шорты были слишком коротки, а спортивный топ пережимал грудь. Эта одежда не предназначалась для спорта. Её худое лицо с острыми скулами и небольшой россыпью веснушек выглядело завораживающе, даже будучи изуродованным.

– А что бы ты хотела, чтобы я с тобой сделал?

Она молчала дольше, чем я предполагал, но вскоре всё же дала мне ответ:

– Отпустили меня.

– Никогда, – разрушил я её надежды, после чего развернулся и прошёл в зал с панорамными окнами. Затем положил всё, что было в моих руках, на столик и остановился у дивана, ожидая, когда девушка соберётся подойти ко мне.

– Нам нужно обработать твои раны, если ты хочешь проснуться завтра утром, – предупредил я, не замечая, как Кая двинулась в мою сторону.

– Зачем вам это? – спросила она. – Сделайте своё дело и отпустите меня.

Храбрость её тона заставила меня прищуриться, глядя на неё.