Я сделал то же самое, что и Кая, но на поворот раньше, зная, что она побежит только в одну сторону, потому что в другой её ждет тупик.

На улице усиливался дождь.

Несколько прядей моих чёрных волос прилипли ко лбу, а рубашка, намокая, постепенно становилась второй кожей на груди.

Я бежал, стараясь поймать Каю ещё до того, как она завернёт в мою сторону, и уже представлял, в каком виде мы предстанем перед ожидающими. Я приблизился к углу здания ровно в тот момент, когда девушка вылетела из-за него. Она насквозь промокла. По её лицу и шее стекали струйки воды, а щеки покраснели.

Рот Каи открылся от удивления. Она уже хотела развернуться, чтобы отбежать от меня на безопасное расстояние, как я схватил её и перекинул через плечо.

– Нет! – прокатился по улице её крик.

Задница Каи прижалась к одной из моих щёк, когда я усилил хватку на её бедрах, но она продолжила безостановочно колотить меня по спине.

– Хватит! – рыкнул я, и моя рука шлепнула её по бедру.

Кая оцепенела.

Я решил не идти с девушкой, которой явно не нравилось висеть на моём плече, по людным улицам, а пройти к чёрному входу офиса через дворы. Взгляд в это время опустился к тому месту, по которому я её ударил – кожа начала краснеть, и на ней проступило очертание моей ладони.

Кая медленно расслабилась, переставая сопротивляться, что позволило её груди прижаться к моей спине. Я тут же сжал челюсти, когда почувствовал её затвердевшие соски.

– Мне казалось, мы договорились. Ты была довольно послушной до этого. Что изменилось?

Кая промолчала.

Мне вновь захотелось шлёпнуть её, но я остановил это желание раньше, чем мои руки поддались влечению.

– Как думаешь, что они будут с тобой делать?

Дыхание Каи участилось, но она всё так же продолжала не отвечать на мои вопросы.

– Я расскажу тебе.

К тому времени мы оказались около большой чёрной двери, я открыл её и вошёл с девушкой на плече внутрь. Эта сторона здания всегда пустовала. Служебным лифтом почти никто не пользовался, но я всё же продолжил тише:

– Интерес возникает в сопротивлении. Когда твоя добыча кричит, пытается спастись… Когда она думает, что способна на это… Ты в свою очередь с превеликим удовольствием доказываешь ей обратное.

Я вошёл в лифт и поставил Каю на ноги.

– Не доверяешь мне? – спросил, в который раз с любопытством разглядывая её лицо. – Правильно.

Потому что я тоже не доверяю себе рядом с тобой.

– Будь послушной, – приказал я, нажимая на кнопки и отправляя нас на двадцать седьмой этаж. – Делай всё, что они скажут, и выйдешь отсюда живой. Ты ведь только этого хочешь, верно?

Она кивнула, а я всё продолжал смотреть на неё – слипшиеся от дождя ресницы делали взгляд пронзительнее, а пряди, выбившиеся из кос, рассыпались и стали темнее.

Кая выглядело измучено.

То, что нужно.

Я посмотрел в зеркало позади неё и уставился на своё отражение – одежда промокла, волосы находились в полном беспорядке, лицо покраснело.

Они подумают, что напоследок я решил трахнуть её прямо под дождём.

– Не думай, что кто-то из людей, которых ты встретишь, поможет тебе. Перестань обманывать себя, – успел предупредить её, прежде чем створки лифта открылись и мы вышли в фойе, где не было возможности подсказывать ей. – Ты идешь впереди.

Я больше не собирался оставлять её вне своего взора.

Кроссовки Каи, пропитавшиеся водой, хлюпали при каждом шаге, тело дрожало, а ладони потирали плечи, прижимаясь к груди. Она страшно замёрзла.

Я бы мог дать ей свой пиджак, если бы он не промок, как и вся наша одежда, и если бы это не выглядело перед остальными так, будто я хотел согреть её.

– Прямо и налево, – проинструктировал я.

Мы прошли мимо помощницы отца, глаза которой при виде нас полезли на лоб, завернули за угол и остановились у двери.

– Сделай вид, будто прошлой ночью ты познала кошмар в лице меня.

– Но так оно и есть.

– Ты не знаешь, о чём говоришь.

Она даже представить себе не могла, что я мог сделать с ней вчера. Или скорее… должен был, потому что таким было желание отца.

Кая кинула на меня непонимающий взгляд, но я уже открыл дверь и толкнул её внутрь. Она споткнулась и почти упала, едва удержавшись на ногах.

Я зашел следом и встретился с кучей пристально уставившихся на нас глаз.

Мой отец – Винченцо Нери – сидел во главе. Справа от него Лоренцо Короззо – Младший Босс. А слева человек, о присутствии которого я не знал – Мартин Риверо – Советник Ндрангеты, проживающий и управляющий территорией Калабрии.

Он приехал только для того, чтобы посмотреть на Каю? Или у него появились дела в Сакраменто? Под чьим присмотром осталась Джулия?

Тройка осмотрела нас с ног до головы.

– Отличная работа, Кристиан, – гордо проговорил отец.

Кая резко обернулась, чтобы посмотреть на меня. Ей наконец удалось узнать моё имя.