Я не могу пошевелиться: сделать шаг, открыть дверь, подойти к окну – ничего. Как будто что-то держит меня. Что-то или кто-то.

Слёзы скапливаются в уголках глаз, затуманивая взгляд.

Где я?

Неожиданно дверь распахивается, и в комнату влетает мама. На ней те же джинсы и кофта, в которых я видела её в последний раз, когда мне было четырнадцать. Она выглядит напуганной. Тело мамы врезается в моё, и я инстинктивно обнимаю её за спину, когда беру себя и свои движения под контроль.

– Кая… – гнусаво шепчет мама.

Я сильнее сжимаю руки на её спине и утыкаюсь лицом в шею.

Это правда она? Что происходит?

Я отчетливо чувствую тепло её тела, а запах дешёвых духов наполняет мой нос.

Мама…

Слёзы катятся по щекам от того, насколько приятно снова чувствовать её.

Но если я здесь, а она со мной, значит я… умерла?

Внезапно, будто имея возможность слышать мои мысли, мама отвечает:

– Ты жива… И почти в порядке. – Она отрывается от меня, и я замечаю, что её лицо совершенно не постарело за время нашей разлуки.

Кажется, она стала даже ещё красивее – длинные прямые волосы чёрного цвета блестели, голубые глаза покинула постоянная усталость, а кожа перестала быть такой бледной, как раньше.

И ни единого намёка на синяк. Даже близко.

Единственное… вокруг её рта появилось несколько небольших морщинок. Такие свидетельствовали об улыбчивости человека.

Но у моей мамы редко появлялся повод для улыбки.

Раньше… Сейчас это изменилось?

– У меня нет времени объяснять тебе, где ты, – продолжает мама. – Просто послушай меня внимательно. – Её руки со всей силы сжимают мои плечи. – Место, где ты окажешься, принадлежит людям, не познавшим человеческих чувств. Ты должна всегда быть начеку и попытаться выбраться оттуда.

Что? Куда я прибуду?

– Мама… – едва успеваю произнести я, но она обрывает меня, не дав договорить:

– Что бы ни случилось и как бы они ни пытались, не дай им сломить тебя. Уйти оттуда потребует много сил, но никогда не забывай, чья ты дочь, Кая. Я смогла сделать это… – Она запинается, будто кто-то невидимо закрывает ей рот. – А ты сильнее меня.

Я не понимаю, о чём она говорит со мной. Моя голова забита совсем другим. Мне хочется узнать, как она, что на самом деле случилось в тот день и знаю ли я человека, сделавшего это с ней? Но она только твердит о каком-то месте!

– Мама… – Я опять пытаюсь, но меня прерывают.

– Лишь, – медлит она, смотря на меня так, словно сама не верит словам, которые собирается сказать. – Позволь этому мальчику защитить тебя.

И наступает темнота.

***

Голова, готовая разорваться, безумно загудела, когда я начала понимать, что просыпаюсь. Боль в теле также постепенно давала о себе знать – жжение и пульсация ощущались везде. У меня не было сил даже открыть глаза, не то чтобы попытаться встать.

Но больше всего этого меня волновало то, о чём говорила мама.

Это был сон, или я… Нет, ерунда какая-то.

Шум проезжающей мимо машины резко отдался в голове. Я тут же начала чувствовать всё, на что ранее внимания не обращала: моё тело слегка покачивалось из стороны в сторону, в носу уже кололо от запаха крови, а ноги и руки плотно прижимались друг к другу.

Я резко распахнула глаза.

Вокруг было темно, только свет от уличных фонарей иногда ударял в глаза сквозь толстые стёкла, заставляя жмуриться. Пришлось приподнять голову с кожаного сиденья незнакомой машины, чтобы увидеть мои конечности, туго связанные между собой верёвкой.

Сердце забилось с бешеной скоростью, когда я осторожно повернулась и заметила силуэт водителя – взрослого мужчины.

О, нет. Родриго.

Захотелось протянуть руку и закрыть рот от рвущихся наружу рыданий.

Я отчётливо помнила, как сделала свой последний победный удар, после чего отключилась. Тогда почему я здесь?

Стараясь не шевелиться, чтобы не дать ему понять, что я уже очнулась, отвернулась обратно. Всё равно было совершенно не видно лица мужчины.

Боль, страх и злость захватили меня в клетку.

Но… у меня же ещё был шанс не позволить этому случиться, верно? Я хорошо умела справляться с проблемами, постоянно сваливающимися на голову, и мне также никогда не составляло труда надрать задницу Родриго. Сегодняшний день не будет исключением.

Мне были известны его слабые стороны: у мужчины довольно плохая дыхалка и слабые руки. Хоть он и владел клубом, сам там почти никогда не занимался.

Идиот! Будь у меня свой собственный зал, я бы поселилась там.

Сделав глубокий вздох и ощутив острое жжение в грудной клетке, я зажмурилась, стараясь отключиться от боли, протекающей по всему телу.

Нужно сделать всё быстро, чтобы он не успел среагировать, иначе ничего не выйдет.

И я сделаю! Я справлюсь.