Зато русоволосый не заметил перемены в лице своего талантливого выпускника. Он дождался, пока все девушки представятся, методично отмечая что-то в планшете. Затем поднял голову и объявил тоном, не терпящим возражений:

– Перво-наперво, что вы обязаны вбить в ваши головы – у нас здесь не академия, а военное учебное заведение с многовековой историей и традициями. Распорядок дня жёсткий, за любое нарушение следует не менее жёсткое наказание. – Его взгляд скользнул по нашим лицам в ожидании реакции. – Рэйн Холт проведёт вам экскурсию по территории и объяснит, что можно, а что нельзя. Слушайтесь его беспрекословно. С этой минуты он над вами главный.

Не дожидаясь ответа, мужчина резко развернулся и прошёл через ворота, оставляя нас наедине с местной звездой.

На секунду поовисла тишина, нарушаемая лишь свистом ветра в кронах деревьев да далёким карканьем ворона. А потом Рэйн Холт медленно двинулся на нас.

Бесшумно и плавно.

Тяжёлый взгляд, направленный прямо на меня, вызывал неприятное жжение под лопатками.

Молча остановился рядом со мной, возвышаясь на целую голову. От него пахло морозом, хвоей и чем-то металлическим, возможно, сталью от кинжала или меча. Затем Холт наклонился к моему уху и еле слышно прошептал:

– А вот и первый мой приказ. Сейчас ты уговоришь своих товарок развернуться и уехать, подписав добровольный отказ от практики. Ясно?

Глава 3

Неясно было одно – по какой причине он требует, чтобы мы убрались и собственными руками загубили свою практику?

Однако я была достаточно благоразумна, чтобы не ответить папиным сарказмом. Это Конрад Гримстон большой и сильный, а я фигурой пошла в хрупкую и невысокую маму.

Такой, как Рэйн Холт, без труда подхватит меня за воротник и с лёгкостью подвесит на ветку дерева.

Вот как тогда прикажете спускаться?

В голове хороводом крутились мысли, а Холт, решив, что я прониклась его угрозами, добавил:

– Ничего личного, Искорка.

От того, каким тоном было сказано достаточно невинное прозвище, меня аж передёрнуло. К счастью, шарф и тёплый плащ скрыли мою реакцию от его пристального взгляда.

А он продолжил, уже громче и поглядывая на трио с боевого:

– Здесь коршуны, ястребы и орлы, а не райские птички с… попугаями, – каждое слово впивалось в меня точно в стрела в яблочко. Даже девчонки перестали шушукаться и замолчали. – Единственное, что тебе светит – это роль живого артефакта-фонаря. Ночные учения у нас часто, без дела не останешься.

Вот же… сам такой!

У меня едва пар из ушей не повалил, но я чудом смогла сдержаться. Натянув на лицо широкую, до ужаса фальшивую улыбку, я медленно покачала головой и достала из сумки кожаную папку с документами из Академии Даркайна.

Рэйн не отводил от меня цепкого взгляда, и я выпалила так громко, что не ожидавший сопротивления выпускник, резко подался на шаг назад:

– Ждём не дождёмся экскурсии! Чем скорее начнём, тем быстрее закончим. Тут очень холодно, да и нам надо передать Главе Воинской Школы документы на подпись. Перед нами главные ворота в академию, да?

Холт недобро усмехнулся. Уголки губ дрогнули в намёке на ухмылку, а в глазах промелькнула тень, как у хищника, заметившего интересную добычу.

– Сама напросилась, – почти беззвучно выдохнул он. – Я предупреждал.

Девчонки тем временем решили, что наш диалог с Холтом пора превратить в общую беседу и в два шага нагнали нас. Наперебой представились, а Герда протянула руку для приветствия, вот только её ладонь так и зависла в воздухе.

Рэйн даже не моргнул в их сторону!

Вот же грубиян!

Выпускник развернулся к ним спиной, и даже сквозь грубую ткань формы я отметила, как напряглись его литые плечи.

– Не отставать, – сердито рыкнул он, чеканя шаг.

Я направилась следом, ощущая, как мороз проникает сквозь подошву сапог, покалывая ступни.

Почему он ко мне прицепился?

Я же его впервые вижу. Может, ему не нравятся рыжие?

Тут же, смутившись от своей мысли, я мысленно проворчала:

“Какая мне разница, кто ему нравится? Мне вот он уже не нравится. Ни капельки. Надо держаться от этого сухаря подальше. К счастью, я здесь для своей работы, а не для их бесконечных, изматывающих занятий. А вот девчонкам, боюсь, не повезло.”

Рэйн тем временем будто нарочно двигался быстрым шагом. Мы с девушками удивлённо переглядывались, стараясь не отставать и не нарваться на ещё одну порцию неприязни.

Дорожки на территории школы были такими чистыми, что у меня складывалось ощущение, будто снежинки, падая на брусчатку и гравий, мигом таяли.

Пространство поистине огромное!

Тут и там виднелись одноэтажные и двухэтажные строения из белого камня с красными черепичными крышами – где-то плоские, где-то скатные. Самые простые, без лепнины, узоров и прочих изяществ.