У Кэйдена глубокий, знойный, хриплый голос, который притягивает к нему всё внимание, когда он говорит. Дэнни говорит как долбаный Микки Маус под кайфом.

У Кэйдена есть и ещё одна характерная черта — он выглядит одновременно крутым и милым. А с таким именем, как Кэйден, ему просто суждено быть невероятно привлекательным.

— На данный момент у меня нет девушки, с которой можно завести отношения.

Я киваю и слезаю со стула, бросая злобные взгляды на всех актёров, которые не претендовали на роль всей своей жизни.

— Следуйте за мной в мой кабинет, мистер Рис.

— Полагаю, предложение было не слишком удачным? — спрашивает Кэйден, и у меня внутри всё сжимается.

Я не отвечаю и наблюдаю, как он ёрзает на стуле. Очевидно, теперь он понимает, что ему следовало оставить это замечание при себе.

— Итак, вот в чём дело. Я могу заплатить тебе пятьсот долларов авансом. Остальное получишь, когда мы уедем из Хейвен-Крикса, штат Висконсин. Можешь заехать к себе и собрать вещи. Если у тебя есть белая или чёрная зимняя одежда — идеально. Тогда мы сможем одеться одинаково, выглядеть очень мило и словно созданы друг для друга.

Хотя… я купила несколько шапок и перчаток для того, чьё имя не будет произнесено вслух, так что я упакую это и для тебя тоже.

Я разбрасываю бумаги по столу, пытаясь найти хоть что-нибудь, лишь бы не смотреть на этого прекрасного красавчика напротив. Он ухмыляется, и у меня сжимается всё внизу живота.

«Он знает, что он красавчик. Он просто обязан это знать».

— Мисс Стоун, — перебивает он, и я поднимаю руку.

— О Боже, нет. Мою маму зовут миссис Стоун, а меня называй Джулия, пожалуйста.

— Хорошо, Джулия. Прости, всё происходит слишком быстро. Так, может, мы начнём с самого начала?

Я перестаю перебирать бумаги и смотрю на красивого мужчину напротив. Он наклоняется вперёд, проводя рукой по подбородку.

Я чувствую, как горят мои щёки. Этот внезапный план кажется мне полной чушью. Я роняю голову на стол и тихо ругаюсь. Когда поднимаю её, понимаю, что мои вьющиеся светлые волосы выглядят ужасно, но мне уже всё равно.

— Послушай… я в полной заднице. Это безумно непрофессионально, но в то же время это очень похоже на меня, потому что я чокнутая. Это даже не мой офис. Это кабинет моего босса, но он уехал в отпуск со своей женой, которая его любит. Я работаю в кабинке в дальнем углу.

Я пытаюсь сдержать слёзы.

— Я прихожу на работу каждый день, радуясь возможности помогать людям осуществлять их мечты, потому что моя собственная так и не сбылась. Все в моей семье — чудаки. Моя сестра — шлюха, которой я, как ни странно, хотела бы быть. И я встречаюсь с неудачниками, потому что думаю, что это всё, на что я способна.

Моя нижняя губа начинает дрожать, и слёзы текут по щекам.

— И мои единственные друзья — девяностолетние старики, у которых больше свиданий, чем у меня!

Пора начинать безудержно плакать.

Я рыдаю, закрыв лицо руками, пускаю слюни и веду себя отвратительно перед этим красавчиком с сногсшибательной улыбкой.

— Эм… Джулия, с ней всё в порядке? — Клэр заглядывает в кабинет, и я начинаю плакать ещё сильнее, потому что ничего не в порядке.

Я не смотрю на неё. У неё есть жених, она счастлива и моложе меня, что делает всё только хуже.

— Думаю, с ней всё будет в порядке, — говорит Кэйден.

Я приоткрываю глаза и замечаю, что он смотрит на меня слишком внимательно. Не просто разглядывает — он словно видит меня насквозь. Мой дух. Мою душу.

«Если он увидит меня так глубоко, он сбежит. Он обязательно сбежит».

Клэр смотрит на меня, и я киваю ей сквозь слёзы. Она медленно закрывает дверь, запирая нас с Кэйденом внутри.

Кэйден встаёт со стула и протягивает мне руку.

— Могу я кое-что попробовать? — спрашивает он, ожидая, когда я вложу свою ладонь в его.

Я смотрю на свои руки — все в соплях и слезах — и вытираю их о джинсы.

Кэйден берёт меня за руку, отрывает от моей плаксивой вечеринки и провожает к двери. Прижимая меня к ней спиной, он берёт мою вторую руку в свою. Его близость к моему телу пугающе интимна. Холодное дерево двери касается моего затылка, вызывая сильную дрожь. Он встаёт передо мной, и всё моё внимание сосредоточено только на нём.

Его рост — по меньшей мере сто девяносто пять сантиметров, на фоне которых я кажусь коротышкой при своих ста семидесяти шести. Он собирается поцеловать меня? Потому что я не собираюсь целовать его.

«Я тебя даже не знаю!»

— Я не собираюсь тебя целовать, — спокойно объясняет он.

Ой.

Мои губы на мгновение поджимаются, но я надеюсь, что он этого не заметил.

— Ну, по крайней мере, пока. Закрой глаза.

— Кэйден, я понимаю, ты действительно хочешь получить эту работу, но давай забудем об этом. Это глупая идея, и вряд ли её можно назвать настоящей актёрской работой. Как насчёт «расписки»? Я обещаю тебе ещё одно прослушивание на отличную роль и…