В общем, бунт, которого я, честно говоря, опасался, так и не вспыхнул. Да и не мог вспыхнуть, как я успел убедиться, глядя на поведение команды. Капитан хорошо знал своих людей, иначе не стал бы устраивать весь этот цирк с попойкой и фальшивым сроком вылета.

– Эй, счетчик, подъем! – оторвал меня от невеселых размышлений заглянувший в каюту старший техник. – Капитан зовет.

Вообще-то, Попеску мог бы просто отправить мне вызов на коммуникатор, но владелец «Бекаса» почему-то предпочитал по возможности передавать мне приказы через других членов команды, как бы устанавливая между нами ещё один иерархический уровень. Выглядело это странно, поскольку весь экипаж поисковика состоял всего из шести человек. Помимо самого капитана в него входили два техника, оператор систем сканирования, навигатор и я, совмещающий сразу две должности. Впрочем, дополнительные обязанности имелись не только у меня. Оператор сканеров одновременно отвечал за системы наведения турелей ближней обороны и двух небольших плазменных пушек, а навигатор совмещал свою работу с обязанностями второго пилота.

В рубку я явился, когда «Бекас» уже почти закончил разгон для ухода в гиперпрыжок. Своими планами капитан с экипажем не делился, так что до текущего момента я понятия не имел, куда мы летим, однако, судя по кислым выражениям лиц окружающих, они предполагали, что приветливостью эти места не отличаются. Собственно, это был далеко не первый прыжок, но перед предыдущими Попеску не собирал в рубке всю команду. Кивнув вошедшему вместе со мной старшему технику, капитан обвел взглядом свой невеликий экипаж.

– Сейчас мы в одном стандартном прыжке от тройной звездной системы Белона, – буднично сообщил он команде. – Примерно через десять минут «Бекас» переместится к красному карлику Белона-Б. Там мы задержимся на некоторое время и проведем поиск.

– Белона? – в вопросе оператора систем сканирования прозвучало полное непонимание. – Но зачем, капитан? Это же пустышка. Там давно всё выгребли корпораты, а то, что их не заинтересовало, потом доскребли вольные поисковики. Туда же давно никто не летает, потому что в системе Белоны-Б невозможно отбить затраты на поиск.

– У нас, если кто-то вдруг забыл, новый счетчик и он же диггер, – неохотно пояснил Попеску. – Нужно понять, на что он годен. Это даже хорошо, что конкуренты обходят Белону стороной – никто не будет путаться у нас под ногами. Проведем пару-тройку высадок копателей, и по итогу я приму решение, куда лететь дальше.

– То есть, если наш новичок окажется фуфлом, мы отправимся в такую задницу, где есть шанс добыть достаточно ливермория, используя только нейронку, зашитую в вычислитель? – вопрос навигатора прозвучал негромко, но в его тоне отчетливо слышался протест. – Капитан, во что ты хочешь нас втянуть?

– Совсем уж фуфлом он не окажется, – отрицательно качнул головой Попеску, однако в его голосе я не услышал уверенности. – С такими результатами тестов хоть что-то приличное он показать должен.

– Тем не менее испытание ты устроить всё-таки хочешь, – отступать навигатор не собирался. – А это значит, что в его способностях ты всё-таки сомневаешься.

– Хватит болтать, Бронски! – злобно ощерился Попеску. – Лучше займись своей работой. Через минуту мы должны уйти в прыжок, и я хочу, чтобы «Бекас» вышел в обычное пространство на самой границе зоны гравитационного ограничения Белоны-Б. Если опять промахнешься – вычту дополнительный расход топлива из твоей доли.

– Не промахнусь, – мрачно пробурчал в ответ навигатор и отвернулся к своему терминалу.

Судя по всему, подобные косяки за ним водились, и капитан очень вовремя ему об этом напомнил, удачно съехав с опасной темы. Во всяком случае, новых вопросов от Бронски не последовало, и до самого прыжка он сосредоточенно долбил пальцами по виртуальной клавиатуре.

* * *

Капитан оказался прав, в системе Белоны-Б мы не встретили никого из конкурентов. Ни кораблям корпораций, ни вольным поисковикам делать в этой дыре было решительно нечего. Когда-то очень давно здесь произошло довольно крупное сражение между эскадрами Изначальных, а там, где они воевали, почти всегда удавалось найти месторождения стабилизированного ливермория.

Чем интенсивнее велись боевые действия, тем больше этих уникальных кристаллов зарождалось в поверхностных породах комет, астероидов и других небесных тел. Да, именно кристаллов, хотя обычный ливерморий – это тяжелый радиоактивный металл с периодом полураспада, измеряемым лишь десятками миллисекунд. Однако под действием вторичных излучений, сопровождавших применение оружия Изначальных, некоторые минералы и металлы, превращались в прозрачные кристаллы стабилизированного ливермория, ставшие главным ресурсом для цивилизаций, начавших осваивать космос через многие миллионы лет после исчезновения Изначальных из нашей галактики.