Я шагаю по городским улицам с удивительной легкостью, почти беззаботно. В кондитерской меня встречает сладкий аромат только что испеченных пирожных. На мгновение замираю, впитывая теплую атмосферу заведения, прежде чем подойти к прилавку. Заказываю не один, а несколько маффинов — Серена тоже заслуживает угощения за помощь в этой затее. Надеюсь, этот знак дружбы убедит ее, и мы станем ближе.

Довольная покупкой, выхожу с пакетом в руках, готовая поспешить обратно в общежитие. Холод заставляет меня вздрагивать, но мне все равно. Я иду вперед, уже представляя, как откушу кусочек нежного маффина.

У здания решаю воспользоваться лифтом. В этот час здесь почти безлюдно — большинство студентов еще на парах. Коридор практически полностью в моем распоряжении, и мне довольно комфортно. Я словно плыву в облаках. Но одна мысль деликатно возвращает меня к реальности: мне придется объяснить свое отсутствие. Стипендия, которая оплачивает мое обучение, не простит систематических пропусков. И я понимаю, что не должна позволять жажде мести поглотить себя настолько, чтобы пренебрегать действительно важным. Мое будущее — на первом месте. Это всего лишь небольшое отклонение, момент возмездия. Но я не могу терять из виду свою главную цель. Если позволю гневу взять верх, могу все разрушить. Это лишь миг передышки перед тем, как снова полностью взять свою жизнь под контроль.

Успокоенная своим рациональным решением, я достаю ключи из кармана и уже предвкушаю вкус выпечки, когда замечаю записку на двери. Белый лист бумаги, приклеенный к дереву, выглядит почти безобидно. Однако одно его присутствие заставляет меня закипать изнутри. Я срываю листок и комкаю его в руке, не успев даже дочитать до конца, но несколько слов врезаются в память:

Если не хочешь оказаться на YouTube, приходи по адресу Дампер-стрит, 145. Пора встретиться лицом к лицу, букашка.

Достаточно и этого, чтобы понять, от кого записка.

Они. Снова они.

Серена в комнате, когда я врываюсь туда с искаженным от гнева лицом. Увидев у меня в руке скомканную бумагу, она тут же хмурится.

— Что это? — осторожно спрашивает она.

Я показываю содержание сообщения, стиснув зубы от ярости. Она берет записку, разглаживает кончиками пальцев и качает головой.

— Лили, это плохая идея. Не делай этого.

Я понимаю, что она имеет в виду. Что мне следует проигнорировать угрозу и не реагировать. После моей контратаки я должна снова сосредоточиться на будущем. Но эта записка появилась здесь не случайно. Это очередная провокация. Они хотят, чтобы я ответила. И хотя я уверена, что эта встреча — ловушка, я должна пойти, чтобы предотвратить появление той проклятой видеозаписи. Я убеждена, что они способны ее выложить. У меня нет сомнений в их намерениях и опасности, которую они представляют.

Мое терпение на исходе, я должна действовать и раз и навсегда поставить их на место.

— С меня хватит этой игры, Серена. Я больше не могу.

— Лили, серьезно... Они хотят, чтобы ты отреагировала. Ты делаешь именно то, чего они добиваются.

Я качаю головой, кулаки сжаты. Во мне поднимается глухая ярость, которую я больше не могу игнорировать. Это как постоянная боль, неудержимое желание встретиться с ними лицом к лицу и сказать, что я не их марионетка.

— Мне все равно. Я пойду к ним. Я должна положить этому конец.

Она вздыхает, явно растерянная, понимая, что я не передумаю. Однако она делает последнюю попытку образумить меня:

— Это ошибка. Они доведут тебя до предела, и ты проиграешь.

Я смотрю на нее с благодарностью за желание защитить, но на этот раз я должна сама пройти через это. Это мой бой. Я больше не могу прятаться, укрываясь за стратегиями.

Я выхожу из комнаты, не говоря больше ни слова.

Спускаюсь по лестнице общежития так быстро, как только могу, сердце готово выпрыгнуть из груди. Записка все еще зажата в руке — напоминание обо всем, что они сделали. Обо всем, что продолжают делать. Я достаточно ждала, достаточно играла по их правилам. Сегодня вечером я беру ситуацию в свои руки.

Достаю телефон, чтобы определить местоположение адреса, и сажусь в машину, которая стояла без дела несколько дней. Двигатель заводится с трудом, прежде чем я выезжаю с парковки. Место, указанное в записке, находится на окраине города. Чем ближе я подъезжаю, тем сильнее колотится сердце. Я понимаю, что Серена, возможно, была отчасти права. Я вступаю в противостояние с троицей, привыкшей наносить удары ниже пояса, с мужчинами, которые умеют манипулировать по своему усмотрению. И кто знает, что ждет меня там...

Какая же я глупая и неосторожная.

GPS на телефоне мигает, сигнализируя о прибытии. Я осматриваю окрестности — старые, полузаброшенные дома. Паркую машину и направляюсь к дому 145.

Дверь приоткрыта — знак того, что они уже ждут. Как они узнали, что я приеду? Очевидно, я все еще плохо их знаю и не должна недооценивать.

После короткой молитвы я осторожно вхожу в дом.

21

Каст