Ее слова находят отклик в моей душе. Часть меня все еще трепещет при мысли о противостоянии, но другая — наполняется отвагой. Она абсолютно права. Они, несомненно, предвидели реакцию на эту фотографию и, вероятно, рассчитывают, что я паду перед их превосходством. Но они заблуждаются. Я обязана продемонстрировать свою силу и дать им достойный ответ.

Теперь, когда Серена на моей стороне, я чувствую себя менее одинокой и более уверенной. Пусть я все еще волнуюсь, но моя решимость крепче, чем когда-либо прежде.

Они причинили мне боль. Теперь моя очередь.

19

Лиам

Каст с самого утра замкнулся в себе, словно устрица в раковине. Он молчит, а выражение его лица стало жестким и настолько суровым, что вызывает страх. Честно говоря, я его понимаю. Мы с Логаном совершили ошибку. Ни на секунду не задумались о последствиях, прежде чем торопить события. Последовали за инстинктами и примитивными желаниями, даже не остановившись, чтобы оценить, к чему это может привести — и для нее, и для нас.

И теперь, когда эта проклятая фотография облепила все стены университета, я начинаю понимать, что, возможно, мы зашли слишком далеко. Как ни пытаюсь убедить себя, что это была всего лишь игра, извращенная шутка между нами, в глубине души осознаю — все гораздо серьезнее. Мы даже не представляем, как Лили прожила последние четыре года, так как не видели ее с того громкого происшествия. Возможно, она была сломлена, травмирована и даже обращалась к психологу. Кто знает? А мы даже не потрудились задуматься об этом, прежде чем с головой погрузиться в новый план. Нам ни разу не пришло в голову, что, возможно, она так и не смогла оправиться. Что она до сих пор носит душевные шрамы от того унижения.

Мы ринулись вперед как безумцы, опьяненные идеей вновь поиграть. Слепо поддавшись желанию доминировать и подчинять, мы воспроизвели прежнюю схему. Ведь до нее все наши «жертвы», как мы их именовали, сдавались без борьбы. Они были послушными и покорными с первых же сигналов. Это было легко, даже чересчур. Нам никогда не доводилось сталкиваться с кем-то, кто реагировал бы с такой силой и напором. Никто не осмеливался противостоять нам столь яростно. Это все меняет.

День тянется словно в тумане, тяжелое напряжение повисает в воздухе. Каст стоит неподвижно, напоминая мраморную статуя. Он молчит, его взгляд устремлен в пустоту, будто он ищет ответы. А Логан, обычно такой шумный и провокационный, на удивление спокоен. Тот, у кого всегда наготове шутка, ехидная усмешка или колкое замечание, сегодня безмолвен. Никаких острот, никаких насмешек. Нас троих окутывает лишь тяжелое молчание.

Мы собрались на обед, но атмосфера кардинально изменилась. Никто не решается начать разговор. Наши взгляды едва пересекаются. Я чувствую, как каждый из нас погружен в свои мысли, снова и снова прокручивая одни и те же вопросы.

Зашли ли мы чересчур далеко? Испортили ли мы то, что уже невозможно исправить? И главное — что нам делать? Ведь мы оказались в ситуации, которую никто из нас не мог предвидеть. Лили не сдалась. Она не промолчала — и это для нас совершенно непривычно.

Логан упомянул, что не видел ее на занятиях. Она отсутствует. Возможно, мы задели слишком чувствительную струну и разбередили слишком глубокие раны. Признаюсь, мне от этого не по себе. До сих пор мы всегда держали ситуацию под контролем и управляли ими. Но теперь все по-другому. Лили не такая, как остальные. Она не покорна, дает отпор — и, должен признать, это заставляет меня усомниться во всем.

Каст, который обычно сохраняет хладнокровие и рассудительность, кажется, потрясен сильнее всех. Он по-прежнему хранит молчание, но я чувствую, как в нем все кипит. Как и я, он, вероятно, задается вопросом, не переступили ли мы черту, которую уже невозможно стереть.

После обеда мы собираемся в библиотеке, чтобы заниматься и готовиться к предстоящим экзаменам. Пока я делаю заметки о технике светотени, мой телефон начинает вибрировать. На экране появляется странное сообщение.

Привет, я Жаклин. Я увидела ваш профиль и очень заинтересована во встрече с вами. Прилагаю небольшой сюрприз.

Не успев даже осмыслить текст, на экране появляется фотография — откровенный снимок. Я вздрагиваю и роняю телефон на стол с оглушительным стуком.

— Что с тобой? — спрашивает Логан, нахмурив брови, как вдруг его телефон тоже начинает вибрировать.

Его лицо искажает гримаса.

— Эм, я только что получил фото обнаженной женщины постарше.

На экране появляется изображение женщины лет пятидесяти с таким глубоким декольте, что в нем можно утонуть.

Что за херня?

Я показываю Логану сообщение. Каст, до этого сохранявший спокойствие, наконец говорит:

— Что за профиль? Вы что натворили?

Оскорбленный тем, что он обвиняет нас, не разобравшись в причине этих сообщений, я раздраженно вздыхаю:

— Ты думаешь, это обязательно наша вина? — Я начинаю злиться, но студенты вокруг нас уже бросают недовольные взгляды, требуя тишины.

Каст понижает голос и продолжает уже спокойнее:

— Вы думаете, что...?

Ему не нужно заканчивать фразу. Я точно знаю, о чем он думает.

Лили.