Кошелек или жизнь (ЛП)

КуиниПусси

Лили, которая раньше с энтузиазмом относилась к Хэллоуину, поняла, что ее любовь к празднику исчезла после того, как трое парней постарше ужасно унизили ее, назвав «букашкой».

Получив травму, она выросла, избегая всего, что напоминало ей о той ночи.

Спустя годы судьба снова сводит их в университете. Парни, будучи заинтересованными и очарованными девушкой, начинают хитрую игру, чтобы привлечь ее внимание, но Лили твердо намерена отомстить. Она принимает вызов, чтобы нарушить их повседневную жизнь.

Пока трио охотится за ней, то, что должно было стать простой местью, превращается в завораживающий танец желания, где каждый оказывается пленником этой странной одержимости.

Куини Пусси Кошелек или жизнь

Информация

Данный перевод предоставлен исключительно в ознакомительных целях и не преследует коммерческой выгоды. Любое использование материалов на коммерческой основе требует получения соответствующих прав и согласований с правообладателями.

Моему маленькому клубничному мохито — этот роман посвящается тебе, ведь я знаю, как сильно ты любишь пошлости.

ТРИГГЕРЫ

— Легкий буллинг

— Откровенный контент 18+

— Сцены МЖММ

— Сомнофилия

— Похищение

Пролог

Я всегда обожала Хэллоуин. С самого детства меня завораживала эта мрачная атмосфера, словно на одну ночь я могла слиться с толпой монстров. Я никогда не наряжалась принцессой или русалкой. Нет, моим любимым нарядом был костюм ведьмы. Я могла часами рисовать себе прыщ на носу маминым карандашом для глаз. Ее не особо радовало, что я каждый год портила ее косметику, пока однажды она, смирившись, не купила мне целую коробку, лишь бы я перестала брать ее вещи.

Я никогда не была особо общительной, особенно в детстве. Довольно застенчивая, с небольшим кругом друзей. Только этот праздник позволял мне примерить на себя роль, противоположную моей натуре. На одну ночь я становилась кем-то другим.

Уже в пять лет я украшала свою комнату тыквами и черепами. Часами развешивала паутину в каждом углу, а отец наблюдал за мной краем глаза, готовый прийти на помощь, когда мой маленький рост не позволял дотянуться до некоторых мест.

Пока другие дети грезили о Рождестве, я думала только о Хэллоуине. И затем, в четырнадцать лет, все изменилось.

Одетая в черную мантию, остроконечную шляпу и с метлой в руках, я присоединилась к одноклассницам для традиционного обхода домов. Они хотели встретить парней нашего возраста, но тогда меня это не интересовало. Однако, желая получить немного больше свободы от родителей, я согласилась пойти с ними.

Это стало моей самой большой ошибкой.

Часы показывали всего лишь шесть вечера, и над нашей деревушкой Рейвен Холлоу сгущались сумерки. Наши сумки были до отказа набиты конфетами, но подружки все равно рвались обойти еще несколько домов в поисках дополнительных угощений. Мой пакет с каждой минутой все тяжелее оттягивал плечо, а метла неприятно давила на запястье, поэтому я предложила подождать их на соседней улице, у заброшенного дома мистера Чипина. Я села на одну из каменных тыкв, украшавших дорожку, любуясь домом перед собой. Он был кривым, ставни выцвели от времени, и ни один огонек не пробивался изнутри.

Именно в этот момент появились они.

Трое парней, красивых и одновременно пугающих. Мне следовало прислушаться к инстинкту, который кричал бежать. Но нет — застыв на этой холодной каменной тыкве, я осталась сидеть на месте, пока опасность надвигалась неотвратимо, словно торнадо.

С того дня я больше никогда не праздновала Хэллоуин.

1

Лили

Я застыла перед величественными воротами университета — моя заветная мечта наконец становится реальностью. Столько лет я ждала этого мгновения: переступить порог заведения, которое всегда казалось мне воплощением идеала. На лице расцветает широкая улыбка, пока я любуюсь главным корпусом — подлинным шедевром готической архитектуры.

Заходящее солнце играет на заостренных шпилях и огромных стрельчатых арках, создавая впечатление, будто все строение тянется к небу. Витражи переливаются в золотистых лучах, отбрасывая цветные блики на серые каменные стены. Массивные и изящные арки поддерживают конструкцию, пропуская свет через огромные окна с витражными розетками. Здание, мрачное и величественное, с грозными горгульями, что будто бы наблюдают за каждым прохожим, одновременно наводит ужас и очаровывает. По коже пробегает дрожь предвкушения.

— Вау... В реальности оно еще прекраснее, чем на фотографиях, — шепчу я, не в силах оторвать взгляд от сооружения.