— Привет, Нина.

Я открываю дверь шире, приглашая Антона войти. Стараюсь сильно на него не смотреть, но глаза так и тянутся к нему. Антон в синих джинсах и черной футболке поло. Она прекрасно подчеркивает его бицепсы-трицепсы на руках и груди.

«А на животе, наверное, кубики пресса», с тоской проносится в голове.

— Это тебе, — протягивает мне небольшой тортик.

— Спасибо. Ты мой руки и проходи на кухню. Она там, — машу рукой в конец коридора.

На кухне я не знаю, куда себя деть и за что хвататься. Я на собеседованиях на работу не нервничала так, как сейчас. Ну почему Антон стал таким шикарным? Почему он не остался таким же, каким был в универе? Простым и непримечательным.

«Срочно пришли мне свою фотографию», пишу Максу.

Мне немедленно требуется увидеть кого-то красивее Антона.

«Что-то случилось?»,

О Господи! ну почему Макс не может просто сделать то, о чем я прошу? Почему он постоянно задает миллион лишних вопросов?

«Нет, просто захотела тебя увидеть. Я соскучилась».

«Я сейчас немного занят, попозже пришлю тебе свое фото, ок?».

Я едва не скулю вслух. Да он издевается надо мной. Даже не отвечаю ничего. Прячу телефон в карман спортивных штанов, ровно когда на кухню входит Антон.

Дорогие читатели, приглашаю вас в последнюю книгу нашего литмоба от Юлии Бузакиной.

ПАПА, ГДЕ ТЫ БЫЛ?

Глава 10. Это не по-настоящему

— Будешь чай? — спрашиваю Антона. Это первое, что приходит мне на ум, когда вижу его.

— Буду, — он обводит взглядом кухню. — У тебя мило и уютно.

Комплимент в адрес моей квартиры, которую я обустраивала с душой и любовью, помогает мне слегка расслабиться.

— Спасибо, — скромно улыбаюсь.

— Ты сама обустраивалась здесь или помогал дизайнер?

— Сама.

— Тогда у тебя отличный вкус.

Я рдею. Чтобы не показаться улыбающейся дурочкой, быстро отворачиваюсь к чайнику. Но от комплиментов Антона у меня словно крылья за спиной выросли. Квартира у меня небольшая, двухкомнатная. Но я сама на нее заработала и сама ее обустраивала. В интерьере преобладают светлые пастельные тона. Кухонный гарнитур персикового цвета, стены бежевые, стол и стулья цвета слоновой кости. После студенческого общежития, а потом череды съемных квартир, собственное жилье стало долгожданной отдушиной. Это мое место силы.

Взгляд Антона будоражит. Пока я суечусь с завариванием чая, он, не стесняясь, рассматривает меня. Я ощущаю это затылком и лопатками. Не выдерживаю и поворачиваюсь.

— Ты сейчас прожжешь во мне дыру.

— Извини, — смущенно отворачивается к окну. — Просто мы столько лет не виделись.

— Ага, после выпускного. Девять лет.

— Мне иногда не верится, что мы снова встретились, да еще и при таких обстоятельствах.

— При обстоятельствах свадьбы, — хихикаю.

Чайник закипел. Я наливаю кипяток во френч-пресс и ставлю на стол. Пока он заваривается, нарезаю на кусочки торт. Антон купил мой любимый: с безе. Приятно, что угадал.

Положив по кусочку себе и ему, ставлю тарелки на стол и сажусь напротив. Разливаю чай по кружкам.

— Ко мне завтра приедет курьер со свадебным платьем.

— Вау, ты даже свадебное платье купила?

— Ну оно обычное. Просто белое. Без изысков.

— Тогда и мне надо костюм, — чешет затылок.

— У тебя нет костюма!? — испуганно восклицаю.

— Ну, вроде оставался со школьного выпускного, но он, наверное, будет мне мал.

Вилка с кусочком торта выпадает у меня из рук и со звоном бьется о тарелку. Антон выдерживает секундную паузу и начинает громко хохотать. И тут я понимаю: он меня разыграл.

— Да ну тебя! — обиженно изрекаю и опускаю взгляд в тарелку с тортом.

— Ну конечно, у меня есть костюм, и не один. Но если ты хочешь, для нашей фиктивной свадьбы, могу купить новый.

Неопределенно веду плечами. Еще немного обижаюсь. Ну вот зачем так разыгрывать?

— Ладно, не сердись. Кстати, вот кольца.

Антон кладет на стол две красные бархатные коробочки. Наконец-то мы перешли к тому, для чего Антон ко мне приехал. У меня аж сердце замирает. Я тянусь к первой коробочке и открываю. От восхищения перехватывает дыхание. В кружке белого золота сверкает большой прозрачный камень. Он переливается бликами от освещения. Я беру аккуратное колечко в руки, и пальцы начинают дрожать. В этом кольце нет ничего лишнего. Бессмертная классика.

Я о таком мечтала.

— Но это же не обручальное кольцо, — мямлю.

— Да, это помолвочное. Наверняка твои родственники спросят, какое кольцо я тебе подарил, когда делал предложение.

Поднимаю на Антона глаза. Он даже о таком предусмотрительно подумал.

— Как ты и просила, с бриллиантом, — улыбается. — Ну что, Нина Акатьева, выйдешь за меня замуж? — спрашивает шутливо.

Это не по-настоящему. Это не по-настоящему. Это не по-настоящему.

Нужно все время себе повторять, чтобы не провалиться в пучину иллюзий.