— Ладно. Удачи, парень, увидимся на следующей тренировке.

Я кидаю дружеский жест головой и поворачиваюсь, чтобы вернуться к Риз.

Единственное препятствие? Риз уже не там.

— Да не может быть, — ворчу я вслух.

Прохожу через толпу, толкая людей, пока они не начинают жаловаться, пока не нахожу Диего и Лили, которые танцуют медленный танец, прижимаясь друг к другу.

— Извините за вторжение, — говорю, привлекая их внимание с немного сбившимся дыханием. — Но вы не видели Риз?

Они быстро расступаются и качают головами. Черт возьми.

Я разворачиваюсь и снова начинаю толкать людей, чтобы выйти, когда встречаю одну из подруг Риз, Карол.

— Эй, ты не видела Риз?

— Нет, прости. — Я сжимаю кулаки, чтобы успокоиться, и глубоко вдыхаю. Я оставил её одну всего на минуту. Где, черт возьми, она? Если с ней что-то случится...

— Я знаю, где она, — говорит голос, который я ненавижу, поворачиваясь и улыбаясь мне.

Ариадна. Рыжая кладет руку мне на плечо и подходит к уху.

— Пойдем со мной, — шепчет она, прежде чем взять меня за руку и начать тянуть.

И вместо того, чтобы оттолкнуть её, я пытаюсь сдержаться и позволяю ей вести меня.

Потому что если я что-то и знаю, так это то, что это часть её чертового плана, о котором они не знают, что мы в курсе.

И, похоже, она говорит правду. Очевидно, она знает, где Риз.

Она у них.

Глава 39

РИЗ Хотя нам и не хочется это признавать, Эрос и я чувствовали влечение друг к другу с самого момента нашей встречи.

Мы делали всё возможное, чтобы это избежать. Я даже возненавидела его, и знаю, что он меня тоже не терпел. Но всегда оставалась та сильная вибрация в воздухе, которая заставляла меня чувствовать себя живой, когда он был рядом. Эта неотразимая искушение всегда было, между нами, для нас обоих. В середине всей этой неразберихи нам пришлось встретиться. И хотя я пыталась, я не могла его ненавидеть, потому что однажды, без предупреждения, он спас меня. И он делал это больше раз, чем мне хотелось бы признать, с того дня.

После всего, что мы пережили, не было сложно начать любить друг друга. И самое важное — доверять.

Я полностью доверяла ему. Моя жизнь была в его руках, и он никогда не позволял ей упасть, даже когда мы оказались прямо в центре чертового землетрясения, против которого мы не могли бороться.

И это — то, о чём Ариадна Тейлор и Джастин МакГрей не учли, разрабатывая свой глупый план.

Губы Ариадны судорожно двигаются по губам Эроса, её руки скользят по его шее, и меня начинает тошнить от этого зрелища.

Эрос выглядит в шоке, у него нет времени на реакцию, когда она вдруг поворачивается и делает удивлённое лицо в мою сторону.

— О боже, Риз, мы не хотели, чтобы ты узнала так...

Эрос смотрит на меня, и я вижу панику на его лице. Он не знает, что делать. Он вытирает рот рукавом своего смокинга и смотрит на нас обеих, качая головой. Он снова и снова пытается сказать мне, что это не правда, что всё, что я увидела, было спланировано, не говоря уже о плане.

Оба ждут моей реакции. Реакции гнева. Ярости и злости.

Они оба надеются, что я разозлюсь и побегу прочь. Но этого не будет.

Эрос и я решили сыграть, и мы играли с преимуществом. Мы знали, что у них есть план.

И это определенно его часть. Я уверена в этом.

Я подхожу спокойно к Ариадне, делая медленные шаги и глубоко дыша.

Когда я подхожу к ней, я смотрю ей прямо в глаза.

— Знаешь что? — она выглядит озадаченной. Не отвечает, просто стоит там, ожидая, что я скажу. — Я хотела сделать это уже давно.

И, прежде чем она успеет ответить, я как следует ставлю ладонь на её щеку, так сильно, что её шея почти поворачивается.

— Ты гребанная сука, — говорит она, кладя руку на больное место и смотрит на меня глазами, полными слез.

— Какая жалость, что ты не узнала этого раньше, прежде чем связаться со мной, — говорю, ударяя её ногой, что заставляет её упасть на землю.

— Черт возьми, — шепчет Эрос, с почти открытым ртом.

Я не жестокая. Мои родители всегда учили меня быть как можно более вежливой и делать всё обдуманно. И когда моя мама ушла, мой отец продолжил учить меня пути мира.

Но эта девушка пыталась меня убить. Она играла со мной месяцами и задевает Эроса.

Это то, что я не могу контролировать.

— Слава богу, что ты получишь то, что заслуживаешь, Риз Расселл! — выкрикивает она с земли с яростью.

— Ты сама себя выдала, "дорогая", — говорю я, используя её слова против неё. — Я позвоню в полицию. Конец анонимным письмам, атакам и всему этому. Ты отправишься в тюрьму. Ты и Джастин.

Из её горла вырывается зловещий смех.

— О, дорогая... — произносит она, прежде чем снова рассмеяться и вытереть якобы вызванную смехом слезу. — Если ты думаешь, что Джастин и я — это аноним, ты ещё ничего не видела.