Маленькая девочка смотрела на него сверху вниз. Её глаза были самого ярко-зелёного цвета, который он когда-либо видел в своей жизни. Они были очаровательны.

Нейт вздрогнул, и из его горла вырвался тихий сдавленный звук.

— Здоро́во, напарник, — сказала она, отступая назад. — С возвращением в сознание. Ты был в беспамятстве двадцать минут семнадцать секунд. Это долгий срок для кого-то, вроде тебя.

Нейт лежал на диване. Его конверсы сняли. А на него набросили одеяло, которое упало ему на колени, когда он сел. Голова казалась чугунной, мышцы ныли.

Мужчина сидел напротив него на деревянном стуле, который, как распознал Нейт, был принесён из кухни. Его рубашка была едва застёгнута, но достаточно, чтобы прикрыть повязку. Пистолет лежал на мускулистом бедре мужчины, его ладонь сжимала рукоять. Он прерывисто дышал, не сводя глаз с Нейта.

— Ты не можешь меня убить, — выпалил Нейт, первое, что пришло ему на ум.

— Могу, — заявил мужчина с ухмылкой на лице. — Очень просто. Ты удивишься, насколько лёгко это будет сделать.

— Он не лжёт, — торжественно изрекла девочка. — Он опытный стрелок. Одиночка, дуло револьвера на его бедре раскалено до предела, он поправляет поля своей шляпы и скачет в закат на ко…

— Говорил же тебе не читать те чёртовы книги, — пробурчал мужчина.

— Ну, я нашла другие книги, но ты не даёшь мне их читать. Ты назвал их неприемлемыми для кого-то моего возраста, несмотря на то, что я…

— Арт.

Она закатила глаза. Затем:

— Правильно ли я это сделала? Я сейчас выглядела раздражённой, потому что ты не позволил мне узнать, зачем Джуди нужно было остаться после занятий и встретиться с учителем, чтобы улучшить свою оценку? Мне интересно, почему она просто не могла взять дополнительное задание, чтобы… оу. Оу. — Она нахмурилась. — Это может быть неэтично.

— Кто ты? — спросил мужчина.

— Натаниэль, — ответил Нейт, закашлялся и покачал головой. — Натаниэль Картрайт.

— Вау, — издала девочка. — Как я и говорила тебе ранее. Как тебе такое?

— И почему ты здесь?

— Это моя хижина, — сказал Нейт, гадая, почему в нём начинает клокотать гнев. Ах, да, потому что на него направили пистолет. Да, ему угрожали. Да, здесь были эти люди, и он не знал, кто, чёрт возьми, они такие. И, возможно, ещё он был немного смущён. Он вырубился ни с того ни с сего, чёрт подери. Это сыграло роль в нарастающей злости, безусловно. Его кровь закипела. Он встал, одеяло упало на пол. Это был плед, который связала его мать. Даже смотреть на него было ненавистно.

Мужчина тут же поднял пистолет.

Девочка сделала шаг назад.

— Это моя хижина, — повторил Нейт, и его слова зазвучали твёрже. — Ты не имеешь права спрашивать меня, что я здесь делаю, потому что я здесь живу. Кто ты, блять, вообще такой? Знаешь что? Мне срать. Я вызываю копов.

Мужчина взвёл курок.

— Нихрена ты не сделаешь.

— Ты бы уже застрелил меня, если бы собирался, — произнёс Нейт, оглядываясь в поисках своего сотового телефона, прежде чем вспомнил, что тот всё ещё валялся на сиденье в пикапе.

— О нет, старина, — проронила девочка. — Тебе не стоило этого говорить.

Мужчина спустил курок. Выстрел прозвучал ровно и резко в небольшом пространстве гостиной. Нейт мог поклясться, что почувствовал жужжание пули прямо у своей щеки. Он медленно повернулся и увидел позади себя рваную дыру в стене. Казалось, его кожа вибрировала.

— Не думай, что я этого не сделаю, — холодно отчеканил мужчина. — Потому что я готов на всё, чтобы сохранить её… — Затем он поморщился, наклонившись вперёд и застонав.

Девочка очутилась рядом с ним в одно мгновение ока, её руки забегали по его животу и груди.

— Что с ним случилось? — спросил Нейт, чувствуя, будто его душа парит над телом, привязанная к нему тонкой нитью.

— Ничего, — процедил мужчина сквозь стиснутые зубы. — Просто…

— Он был подстрелен, — объяснила девочка. — Одним придурком, который не хотел убираться с пути.

— Подстрелен, — отупело повторил Нейт. — Как он только что чуть не подстрелил меня.

— Он же промазал, — заступилась девочка.

— Я не промазал, — возразил мужчина, на его лбу выступили капельки пота.

Нейт не знал, как быть.

— Почему бы тебе не отвезти его в больницу?

Она бросила на него взгляд через плечо.

— Потому что в бегах так не делается. Разве ты этого не знаешь?

— Арт, клянусь богом, если ты собираешь…

— Он не знает, как надо вести себя, когда ты в бегах, — сказала Арт, снова поворачиваясь к мужчине. — Я просто объясняю ему, чтоб он знал. Тебе нужно перестать болтать. Чем больше ты говоришь, тем тебе больнее, а я не люблю, когда тебе больно. Мне нужно, чтобы ты снова был здоров, чтобы мы могли быть вместе. Я плакала, Алекс. Ты заставил меня плакать. Это не очень мило с твоей стороны.

И чудо из чудес, хмурое выражение на лице мужчины смягчилось.