Потом взглянул так, будто бы проверяя, как я среагирую, и добавил:

— Ты не серчай на матушку нашу, она дюже за сына переживает, ей пришлось долю нелёгкую на себя взять, когда князь Святослав погиб. Всё княжество на ней одной было.

Я ничего не стала отвечать, но подумала, что переживания, это конечно, дело нелёгкое, но ножки её княжеские об себя вытирать не позволю.

Спасибо Косте, на обед я пришла вовремя. Ситуация несколько поменялась, стульчик мне на этот раз поставили, только вот стоял он на том конце стола, откуда княгиню-матушку было плохо видно.

«Что делать?» — подумала я и внимательно, не спеша посмотрела на рассадку. Даже смешно стало, когда заметила, что рядом с княгиней теперь места были заняты, по левую-правую руку сидело двое бояр.

«Быстро тётка, однако, уроки учит, — усмехнулась я про себя. — Вон как раскорячилась».

Но княгиня одного только не учла, что теперь у неё на тех местах, где раньше бояре сидели, осталось свободное место.

История повторилась, Ругенвальд, с каменным лицом перенес мой стульчик на свободное место за верхний стол.

Я тут же обратилась к слуге:

— Милейший, неси мне вон те мои тарелки, трапезничать рядом с матушкой-княгиней буду буду, а то мне с нижнего стола её плохо видно.

На этот раз княгиня не зашипела и вообще сохранила лицо, но в какой-то момент, причём мне показалось, что выбрала она его намеренно, когда я из кружки тёплого отвара отхлебнула, и я чуть не поперхнулась, когда княгиня громко спросила:

— Тебя не было утром в покоях. Где ты была?

— В покоях и была, — ответила я, с небольшой задержкой, всё же сначала отвар надо было проглотить, и чуть громче добавила, — только долго там находиться тяжело, матушка, холодно там. Вот если бы вы мне какие-нибудь комнаты потеплее нашли, была бы вам благодарна. А то я же подарки привезла, а с холода руки стынут, разобрать не могу.

— А что же слуги твои? — спросила княгиня.

— Так им тоже холодно, — сказала я. — Да и потом, подарки для матушки будущего супруга самой надо разбирать.

— А мне сказали, что в Шверии у вас экономят на дровах, и, что вы привыкли жить в холоде, оттого тебе в тёплом помещении некомфортно будет.

— Что вы, матушка-княгиня! — воскликнула я, изображая радость на лице, — рада, что вы поинтересовались нашей жизнью в Шверии! Но вас ввели в заблуждение, это мужчины у нас в основном предпочитают суровые условия. А женщины, они как цветы, тепло любят.

Княгиня уже, похоже и сама была не рада, что завела этот разговор, видно, не ожидала, что я «поддержу».

— В этом тереме остались только одни покои, — наконец сказала она, — для жены князя, но ты же ещё не жена! Как я тебя туда могу поселить?

— Как невесту, — ответила я, и решила, что надо дожимать, я обернулась и обвела взглядом всех сидящих за столом, все очень внимательно наблюдали за нашей беседой, я и выдала, — договоры подписаны, приданое получено.

И улыбнувшись, добавила:

—А то ведь обидно будет, если невеста до свадьбы не доживёт.

Кто-то из бояр поперхнулся.

В общем, маленькую победу я одержала, и к вечеру переехала в княжеские покои.

Сразу ощутила разницу, потому как в этих покоях было гораздо теплее и чище.

А на следующее утро свекровь явилась за подарками.

Глава 7

— Ну что, принцесса, — сказала княгиня Ольгерда, проявив недюжинные лингвистические способности, разговаривая на шведском почти без акцента, — оттаяли твои руки?

— Оттаяли, матушка, вот только я еще подарки не разбирала, — я, если честно, несколько растерялась от неожиданности.

— Я помогу тебе разобрать, — заявила княгиня.

Не выгонять же её было. А мне и самой интересно стало, что там, я же и правда ещё не разбирала, не до этого было.

В общем, Хельга подтащила к нам с княгиней сундук, в котором лежали подарки. А я, потихоньку наклонившись к ней, прошептала:

— Помоги вспомнить, что планировалось дарить княгине.

Оказалось, что папа-король не поскупился.

Для княгини была целая шкатулка, большая, двумя руками из сундука вытаскивали. В шкатулке на подушечке из бархата лежала диадема, судя по блеску, с бриллиантами и крупным янтарём в центре.

Я такого никогда не видела, и мне показалось, что это довольно странное сочетание, бриллианты и янтарь. Помимо этого, были баночки в коробке, судя по ароматам – это были специи. Видно дорогое удовольствие, судя по благоговению с каким Хельга всё это передавала.

И отдельно шёл целый сундук тканей. Ткани я пощупала, в сундуке было несколько рулонов и все они были одинаковые на ощупь, напоминали тонкую шерсть, с лёгким эффектом шёлка, кашемир. И, судя по тому, как разгорелись глаза у княгини, с подарками мы ей угодили.

Да вот только не учли, что княгине может показаться мало. И, когда она попросила показать мои драгоценности, то, увидев гарнитур из рубинов, она ткнула в него пальцем и произнесла:

— Какая красивая вещь!