– Вот! Когда случится прорыв, их цель будет выжить. И «Секатор» Волошина используют, и Тетыщин гарпун, а потом и патроны в ход пойдут. Когда они израсходуют запасы, мы подожжем облитый бензином забор, закидаем здания коктейлями Молотова… Рабы с господами в одном здании?

– Рабы – вот тут. – Карина подчеркнула прямоугольник, изображающий здание.

– Значит, это, с рабами, не поджигаем.

Я взял паузу, чтобы они осмыслили сказанное. Макс принялся переводить разговор Эдрику, показывая жестами то, чего он не понимал.

– А потом, после зомбаков, я на тарантасе! – воскликнул Сергеич, сверкнув глазами. – Сто пудов, надо броневик делать! Сперва на грузовике, потом на джипе. Е-е-е! А тут еще внутри замес. Шансы есть, сто пудов!

– Билят, сэр Гейч! – восторженно воскликнул Эдрик.

Смысла он не понял, конечно, но его заразил энтузиазм электрика.

Рамиз слушал нас молча, потирая лоб, и наконец изрек:

– Вы же понимаете, что это билет в один конец? Если ничего не получится, нам хана. Совсем хана. Вот ты так красиво все описал, а в реале все идет не по плану. Начнем с того, кто из вас умеет стрелять.

– Я! – Макс поднял руку, как в школе. – Не, ну а че? Я из мосинки стрелял! И не один раз. И на фига кто-то еще должен уметь, когда шотган у нас один?

– На то и обсуждение, Рамиз, – сказал я. – К тому же нет у меня сейчас никакой орды зомби, ее еще собрать надо, а зомби в этой округе слабые. Есть и другие проблемы. У нас недостаточно ресурса. Бензина для коктейлей мало, стеклянной тары нет. Нужно найти место, где зомби заматерели. Где это может быть?

– «Севен-илевен»! – воскликнула Карина. – Там вообще какие-то чудовища, даже Папаша опасается туда переться! Наши… тьфу, его люди там чуть не полегли, еле ноги унесли. Тетыща потом двое суток отлеживался при смерти. А еще где-то там есть выжившие, из местных. Особо не высовываются – люди Папаши их прижали, некоторых даже в рабство угнали. Те трое филиппинцев с пляжа как раз из них.

Вспомнился разговор людей Волошина на маяке, что заправка тю-тю. Интересно, с чего бы? Если несколько дней назад там был «чудовища», то во что они эволюционировали сейчас?

Тем временем Макс снова перевел Эдрику сказанное, и парень воскликнул, вскочив:

– Там люди, да! Наши. Не плохие, не хорошие.

– Что ты о них знаешь? – спросил я по-английски.

Парень пожал плечами.

– Мало что. Они просто есть.

– Они есть, – подтвердил Сергеич. – Это они тогда шарились вокруг маяка, пока мы с Максом внутри прятались. Кто бы они ни были, враг нашего врага – мой кореш! Надо их найти. Малой, будешь этим, как его… парле ву…

– Парламентером, – помог ему Макс и тут же сказал по-английски. Эдрик радостно закивал.

– Значит, завтра едем на заправку, – подвел итог я. – Я попробую оттащить оттуда зомби, а вы, если получится, займетесь мародеркой.

– Я тарантас не успел сделать! – пожаловался Сергеич. – Все есть: сварка, металлические пластины… Времени нету!

– Мы поедем на чем-то тихом и маневренном – не хватало засветиться. Воевать с зомбями не будем, разве что по дороге мелочь какую разделаете…

– А они тебя точно не сожрут? – спросила Карина так искренне, что я почти поверил в ее беспокойство за меня.

– Ну, если сожрут, Сергеич останется за главного. Станешь его наложницей.

– Вот еще! – фыркнул электрик. – Не хватало еще сифилис подхватить!

– Дурак ты, Сергеич, – ухмыльнулся Рамиз. – А левел-апы на что?

Я мысленно хмыкнул: а ведь прав Гуссейнов. Каждый здесь абсолютно здоров, нулевок-то нет.

После этого мы обменялись несколькими репликами – что брать будем, когда встаем, – и электрик поднял важный вопрос:

– Народ, а мы ведь так и не проголосовали! А у нас тут новенькая. Новенькая-старенькая. Карина. Я ее знаю давно, с самого начала бардака. Крыса та еще. И мне не хотелось бы, чтобы она оставалась. Раз уж у нас тут демократия, я против этой… прошман… – Сергеич осекся, услышав кашель Рамиза, – женщины.

– Не знаю, что там было, но сейчас она нам помогает и приносит пользу, – вступился за Карину Рамиз. – Пусть остается, нам нужны люди. Я – за!

– Я все помню, – проворчал Макс. – Против.

Я перевел взволнованному Эдрику, что происходит, пока этого не сделал Макс и не сагитировал паренька голосовать против, филиппинец посмотрел на Карину внимательно и сказал, что он – за.

Вика пожалела Карину и проявила женскую солидарность, проголосовав за.

– Будешь готовить, посуду мыть и стирать, ясно? – сказала она, и я понял, что жалостью тут и не пахло.

Я тоже был за и для формальности объявил:

– Два против, четыре за. Остаешься.

Напряженная Карина едва заметно улыбнулась и кивнула в знак благодарности.

– Спасибо, я не подведу!

– Но на испытательном сроке, – добавил я, поймав злобный взгляд Сергеича.

– Да-да, доверия тебе нет! – воздел перст электрик.

– А скока тот срок? – спросил Макс.

– Месяц, – сказал я и обратился к Карине: – Поняла?

– Один косяк и… – Сергеич чиркнул себя по горлу, потом потер пузо. – Идемте жрать! Я голодный…