Она красива, волосы сияют, кожа получает лучшие сыворотки и увлажняющие средства, какие только есть на рынке, а потому выглядит на десять лет моложе. Раз в день тренировки в спортзале, раз в неделю маникюр, раз в десять дней восковая эпиляция, раз в месяц наращивание волос, раз в год ботокс. Она с готовностью ждала Карла по ночам в изысканном белье «Ла Перла», с цветами в комнате и его любимым вином в подвале. Смеялась над его шутками, аплодировала его речам, льстила коллегам и находила десятки способов ненавязчиво подчеркнуть его превосходство и мужественность как в обществе, так и наедине. Она покупала новые рубашки и брюки, записывала мужа к стилисту до того, как ассистентка успевала хотя бы задуматься об этом, следила, чтобы любой из его домов всегда был готов к приезду хозяина. Ниша делала все, чтобы домашние хлопоты не омрачали его жизнь.

Она ничего не упускала из виду. Само воплощение женственности и хозяйственности. Оказалось, даже этого недостаточно.

Ниша прошла к четырем разным банкоматам неподалеку, и каждый из них либо безвозвратно поглощал одну из оставшихся карточек, либо сразу выплевывал, непримиримо сообщая, что необходимо обратиться к сотрудникам банка. Но она и без того поняла, в чем проблема. Ниша отправилась в «Мангал», эксклюзивный бутик, в который наведывалась каждый раз, приезжая в Лондон, последние лет пять. Однако не успела примерить плотное пальто от Александра Маккуина, как Найджелла, менеджер, подошла и сказала, что ей очень жаль, но мистер Кантор утром закрыл их счет, а без кредитной карты они ничем не смогут помочь. При этом все время косилась на банный халат, словно гадая, не является ли такой стиль одним из последних трендов, о которых она пока не в курсе.

И вот Ниша сидела в кофейне, стараясь не обращать внимания на любопытные взгляды других посетителей, и пыталась думать. Ей требовалась хоть какая-то одежда, хоть какое-то жилье и хороший адвокат. Без денег она этого не получит. Можно попросить Рэя прислать ей какие-нибудь средства, но это будет билет в один конец. Ниша не хотела впутывать сына. По крайней мере, пока. Он слишком много пережил за этот год.

– Алло? – она схватилась за телефон.

– Это я. Простите, миссис Кантор. – Голос Магды звучал приглушенно. – Пришлось взять телефон мужа, потому что мой отключен.

– Ты поговорила со своим человеком?

– Да. Все уже у него. Он позвонит мне и назовет место встречи с вами. Сказал, ему лучше не звонить напрямую… на всякий случай. Поэтому у меня ушло столько времени, чтобы выйти с вами на связь.

Судя по голосу, Магда и вправду чувствовала себя виноватой.

– И когда он позвонит? Мне нужна помощь, Магда. У меня ничего нет.

– Говорит, в течение часа или около того.

– На мне в буквальном смысле только банный халат. Карл не позволил мне даже вещи забрать.

Можешь хоть одежды прислать? А еще мои драгоценности и наличные. Да, и ноутбук…

– Есть еще одна проблема, миссис Кантор. – Магда громко шмыгнула носом, и Ниша вздрогнула. – Мистер Кантор меня уволил. Я не сделала ничего плохого, а мне сказали, что я уволена.

Ниша знала, что нужно как-то утешить ее. Но в голове крутится только одно: «Черт, черт, черт!».

– Экономка выгнала меня из дома. Мне сказали, что увольнение вступает в силу немедленно.

Я не знаю, что делать, мне ведь нужно оплачивать лечение Лейни…

– Ты даже в дом не можешь войти?

– Нет! Пришлось ехать на метро на работу к Джейносу и звонить с его телефона, потому что мой отобрали на выходе. Я пришла к семи утра, как обычно, а в четверть восьмого меня уже выставили. К счастью, ваш номер я знаю наизусть, поэтому смогла связаться с вами.

Ниша вдруг подумала, что надо выписать все номера в книжку. Иначе Карл и ее телефон отключит, как только до этого додумается.

– Магда, мне срочно нужны деньги. И адвокат.

Но та начала плакать.

– Мне очень жаль, миссис Кантор. Я не смогла забрать ни ваши украшения, ни фотографии – ничего. Мне сказали, что вызовут полицию, если я попытаюсь хоть что-то вынести, потому что это воровство, и сразу привлекут иммиграционную службу. Меня буквально вытолкали взашей!

Я пыталась забрать ваш…

– Да, да, понимаю. Вот что, перезвони мне сразу, как получишь от него весточку. Мне нужно знать место встречи. Это очень важно.

– Непременно, миссис Кантор. Мне так жаль… – Магда начала всхлипывать. У Ниши зазвенело в ушах. Нужно как можно скорее положить трубку.

– И не волнуйся. Слышишь? Не волнуйся. Мы разберемся с этой проблемой, и я вновь возьму тебя на работу. Хорошо?

Она понятия не имела, возможно ли это, но Магда хотя бы перестала рыдать. Ниша оборвала разговор под благодарные излияния.

Взгляды окружающих стали невыносимыми. Ниша привыкла, что на нее смотрят – она всегда привлекала внимание фигурой, красотой и привилегированным положением. А эти взгляды пронизаны жалостью, настороженностью и даже отвращением. Они словно говорили: «Что эта сумасшедшая делает здесь в халате?» Нет, срочно нужна хоть какая-то одежда.

Она старалась даже не смотреть на магазинчик через дорогу все время, что сидела здесь, потягивая латте на соевом молоке, но выбора не осталось. Ниша поднялась, сунула телефон в карман халата и направилась в благотворительный секонд-хенд Всемирного фонда кошек.

Запах. Боже правый, ну и запах. В магазине царила атмосфера нищеты, посредственности и отчаяния. Ниша вошла, с порога развернулась и вышла на улицу, вдыхая условно свежий воздух загруженной машинами Бромптон-роуд. С минуту собиралась с силами, затем вернулась в магазин.

– Это всего на несколько часов, – бормотала она себе под нос. Нужно что-то, чтобы продержаться ближайшее время.