Я смотрю на неё, не отрываясь. Рассматриваю припухшие губы, нежную, идеальную кожу. Мне кажется, касаясь её, я оставляю грубые мазки угля на девственно-белом холсте.

– Ты наверняка догадалась.

– Это то, что досталось вам от Драконов-Легенд... – произносит она испуганно, но с каким-то благоговением. – Их звериное начало берёт верх?

– Да.

Деви вдруг поднимает руку. Её пальцы, прохладные и дрожащие, касаются моего лица. Она проводит ими по моей щеке, очерчивает скулу, лаская нежно, без страха.

Я неожиданно для себя прикрываю глаза на мгновение.

Никто никогда не позволял себе так трогать меня. И мне никогда не хотелось. Но от неё... это приятно. Даже успокаивающе.

– Ты не такой, как твой отец. И не станешь таким, – произносит Деви неожиданно твёрдо и уверенно.

Я открываю глаза и тону в её взгляде. Огромные, голубые, доверчивые озёра. Наивное создание. И прекрасное. Моя староста сейчас, в этом дурацком халате, с растрёпанными волосами, красива до боли.

Никогда не испытывал ничего подобного. Желание обладать граничащее с безумием. И в тоже время горькая ирония. Судьба империи зависит от такого хрупкого чувствительного существа.

– Наша связь поможет? – тихо спрашивает Деви, не убирая руки. Она будто мои мысли читает. – Кай, мне жаль, что я... такая. Слабая. Я хотела бы быть полезной. И тебе, и другим. Я хочу помочь и полукровкам, и дракорианцам.

– Ты такая, какая есть, – отвечаю я глухо. – Дело не только в тебе. За годы, что прошли с момента ухода Легенд, всё изменилось. Мой отец жив, Деви. Я не убил его тогда.

Она хмурится, слегка отстраняясь:

– Не понимаю...

А потом тянет меня за руку:

– Поговори со мной, Кай. Ты можешь мне доверять. У меня никого нет кроме тебя.

Её признание на секунду ошеломляет. Кажется, будто тьма внутри меня окончательно затихает, сворачивается клубком, побеждённая этой обезоруживающей, самоубийственной искренностью.

***

Дорогие мои читатели, с наступающим вас новым годом!❤️

Пусть этот год станет для вас новой, захватывающей главой, полной светлых событий, искренних улыбок и радостных открытий. Для меня, как для автора, ваше внимание в виде отклика на мои истории – это самый ценный подарок.

Спасибо, что многие из вас проживали этот год вместе со мной, делились своими мыслями и дарили мне то самое вдохновение, без которого я не смогла бы писать мои истории.

Я желаю каждому из вас, чтобы ваши заветные мечты сбывались. Пусть в новом году в вашей личной истории будет как можно больше света, любви и тепла.

С любовью и благодарностью к вам. Спасибо, что вы у меня есть ❤️❤️❤️

Глава 6.3

Деви ведёт меня к кровати. А я позволяю. Она забирается на постель с ногами, укутываясь в одеяло, как в кокон, и садится напротив. Я опускаюсь рядом.

– Мой отец жив, но долго он не протянет, – произношу я. – После того как он сошёл с ума, он стал опасен для всех.

– Я слышала... – её голос дрожит. – Он тогда убил стольких... но я думала его больше нет.

Деви замолкает, в её глазах плещется ужас воспоминаний. Все знают об этом. И люди, и дракорианцы. Тот день, когда Император залил столицу огнём и кровью.

– Я понимаю, почему ты не убил его, как все говорили, – мягко добавляет она. – Он твой отец.

– Дело не в этом, – отрезаю я, затем всё же объясняю: – Я не просто так сказал, что за годы, что прошли с момента ухода Легенд, всё изменилось. Мы не можем заменить богов, Деви. Изначально всё это было придумано, как временная мера. И наше время истекает. Сейчас часть магии дракорианцев поддерживает отец, находясь в магической коме. Часть на мне.

– О, – губы Деви округляются, она морщит лоб, а затем произносит, немного подумав. – Так выходит, дело в том, что ваша кровь постепенно разбавляется. Из поколения в поколение из неё вымывается всё божественное, это логично.

– Даже когда мать была жива, ему было непросто справляться. Мне будет ещё сложнее.

Странное ощущение, делиться с ней тем, о чём даже в Совете знают далеко не все.

– Я буду рядом, – Деви высовывает свою маленькую руку и касается меня.

Я смотрю на её бледную ладонь, лежащую на моём запястье. В полумраке комнаты контраст режет глаза: её фарфоровая, почти прозрачная кожа против моей, смуглой.

С Деви хочется быть нежным. Будто бы иначе и нельзя. Это раздражало с самого начала. Непонятное чувство, несвойственное моей натуре.

Поэтому хотелось её сломать. Чтобы она перестала смотреть вот так.

Девчонка словно оттеняет меня, уравновешивает своей мягкостью и тем теплом, которого я всегда старательно избегал.

Её желание эмоциональной близости – почти отчаянное, голое – поражает меня.

Но мне нужно другое.

Я подаюсь вперёд, целуя старосту. Деви от неожиданности тихонько возбуждающе выдыхает.