— Ингалятором, — договорил я за неё. — Даже сейчас слышно свистящее дыхание, из-за нервов вот-вот начнётся приступ. Бронхиальная астма, верно?

Он ещё больше покраснела, но кивнула. Достала из старой сумочки Сальбутамол, я сам пользовался таким же, и торопливо сделала два вдоха.

— Она не сильная, я справляюсь, — торопливо добавила Анна.

Бронхиальная астма — это было противопоказание для работы на птицефабрике. Там пыль, перья, органическая грязь. Всё это является тяжелейшими аллергенами для астматика.

Приступы будут провоцироваться постоянно.

— Как часто сейчас приступы? — спросил я.

Она всё ещё не поднимала голову.

— Каждый день, — тихо призналась она.

Каждый день. Уже близко к неконтролируемой астме. Если девушка продолжит в том же духе — окажется в реанимации. Там, где я был совсем недавно. Так что знаю, о чём говорю.

— Анна Сергеевна, вам нельзя оставаться на этой работе, — прямо сказал я. — С вашей бронхиальной астмой работа с птицей просто смертельно опасна. У вас может случиться астматический статус, и ваша жизнь будет под угрозой.

Она резко побледнела и подняла на меня голубые глаза.

— Но я справляюсь, — голос её готов был сорваться. — Честное слово. Ингалятор помогает, и всё хорошо.

— Пока помогает, — поправил я её. — А со временем перестанет помогать. Вы этого хотите?

Анна мотнула головой.

— В городе нет другой работы, — чуть тише сказала она. — У меня дочка маленькая, надо её кормить, одевать. Муж нас бросил, вдвоём мы остались. А на птицефабрике иногда и куру можно взять, да и график удобный. И платят неплохо, хорошая это работа.

В маленьком городе трудно найти работу, я понимал, о чём она говорит. Особенно трудно, если есть маленький ребёнок.

— Мать старенькая, помогает, но у самой пенсия — копейки, — добавила Ковалёва. — Прошу вас, не пишите про мою астму.

Она не жаловалась, просто излагала свою ситуацию.

Начал листать приказ, который мне дал Жидков, в поисках выхода. И вскоре нашёл. По заключению медицинской комиссии, если у работника выявлены противопоказания для конкретной работы, может быть выдана справка о необходимости перевести его на другую работу. В этом случае сотрудника не имеют право увольнять и должны предоставить другое место.

Другими словами, если я оформлю эту справку, девушку должны перевести на другую должность на птицефабрике. Без кур и перьев.

— Анна Сергеевна, я не могу допустить вас до работы в цеху, — мягко сказал я. — Но могу оформить бумагу, согласно которой вас переведут на другую должность. В офис или на склад, там, где нет контакта с пылью и перьями.

— Правда? — с надеждой спросила она.

— Правда, — кивнул я. — Только мне нужно узнать, что нужно для оформления этого документа. Подождите здесь, я скоро подойду.

Работа врача-терапевта участкового, как оказалось, часто подразумевает беготню по другим кабинетам. С моим весом беготнёй это назвать пока что было трудно, скорее быстрым шагом с последующими вдохами ингалятора.

Я снова отправился в главное административное здание. Зачастил сюда сегодня.

В этот раз мне надо было найти заместителя главврача по медико-социальной экспертизе. Насколько я успел прочитать в приказе, именно этот заместитель занимается подобными вопросами.

Кабинет нашёл довольно быстро. На двери красовалась табличка «Савчук Е. М. Заместитель главврача по МСЭ».

Постучал, открыл дверь.

Почему-то ожидал увидеть мужчину, прочитав нейтральную фамилию «Савчук». Однако заместителем оказалась женщина лет сорока, с расщелиной между передними зубами, которая, как ни странно, ей шла. Темноволосая, в очках и строгом платье.

Она подняла на меня взгляд и нахмурилась.

— Агапов, — констатировала она. — Что вам нужно?

Не самоё тёплое начало разговора. Впрочем, я уже привык. Других у меня тут и не бывало, Саня Агапов не пользовался популярностью.

— Здравствуйте, — тем не менее, вежливо поздоровался я. — У меня вопрос по медицинской комиссии.

— Садитесь, — она кивнула головой на стул возле неё. Почему-то в кабинете создалась очень напряжённая атмосфера, пока я шёл к этому злополучному стулу.

Наконец я сел, и в кабинете на добрых секунд пять повисла тишина. После марш-броска до этого кабинета дышать было тяжеловато.

— Слушаю вас, — первой прервала молчание Савчук.

— Ко мне по комиссии на работу пришла пациентка, — начал я. — Ковалёва Анна Сергеевна. Она работает на птицефабрике, работник по цеху. Так вот, у неё бронхиальная астма, и её нужно перевести на другую должность.

— Стоп, — попросила Савчук.

Она приложила пальцы к вискам и интенсивно их потёрла. Затем почесала переносицу, поправила очки.

— И? — меланхолично поинтересовалась она.

— И мне нужно оформить ей справку, — завершил я. — Прочитал в приказе, что это возможно.

— В приказе? — переспросила Савчук. — Интересно.