Несмотря на то, что на ней красовалась юбка-кюлоты и парка пастельных тонов, от неё веяло опасностью, как от хищной птицы, которая нашла свою добычу.

— Опять ты устроила бедлам с едой, «Кошмар».

— Боже-боже, ты... Такамия Мана, правильно? — спросила Куруми, слегка наклонив голову, и Мана в ответ недовольно фыркнула.

— Похвально, что ты запомнила моё имя, но меня от этого фамильярства тянет блевать.

— Боже, приношу свои извинения, — поклонившись, с готовностью извинилась Куруми. — И тем не менее имена — это очень важно. Меня тоже печалит, когда меня называют «Кошмаром». Почему бы тебе не звать меня Токисаки Куруми?

Мана нахмурилась в куда худшем расположении духа.

— Это важно, потому я не хочу, чтобы ты звала меня так. Это важно, потому я не буду звать тебя так.

— Какая проблемная личность.

— Заткнись, Дух.

Мана пристально уставилась на Куруми. Той показалось, что её кожу обожгло от этого взгляда.

◇

Шидо в компании Токи зашёл в ближайший супермаркет, чтобы купить продукты к ужину. Они шагали по уже довольно-таки тёмной улице, парень держал в правой руке тяжёлый пакет.

— Не, всё-таки так хорошо, что мы закупились именно сегодня, — сказал Шидо с улыбкой.

Когда они заявились в магазин, там как раз началась ограниченная распродажа, так что они купили много фарша по тридцатипроцентной скидке.

— Шидо! Что сегодня на ужин? Стейк? — с возбуждённым видом спросила Тока.

За эти несколько недель она, видимо, тоже привыкла угадывать меню по ингредиентам.

— А, я тоже за него! — послышался голос Котори из передатчика, который всё ещё оставался у парня в ухе.

Шидо пожал плечами и слегка улыбнулся.

— Ах! И что же мне делать? У нас ведь ещё остались соборони с дайконом и саншоку донбури.

— М-м, ну, ничего плохого ведь и в том, что стейка не будет? — от раздумий брови у Токи сошлись на переносице.

— Ты чего несёшь? У нас куча фарша. Используйте его не по чуть-чуть, а весь сразу! — из передатчика снова прозвучал голос Котори.

Впереди послышался шорох спортивной обуви по асфальту. Шидо повернулся в направлении звука.

— М?

Перед ним, распахнув глаза от удивления, стояла девочка с конским хвостом и родинкой под глазом, примерно такого же возраста, как и Котори.

Она была одета в парку и юбку-кюлоты. На её белой спортивной обуви виднелось красное пятно, которое, как казалось, появилось там недавно и напоминало... кровь.

Незнакомка... должна была быть. Шидо чуть помотал головой.

Он не знал почему, но ощущал какое-то непонятное дежа вю... Словно они уже где-то встречались.

Шидо заметил, что и девушка разглядывает его. Он невольно осмотрелся, посчитав, что есть кое-что, что вызвало удивление в её взгляде.

Но... ничего не обнаружил. На улице, по которой он часто ходил, в глаза бросались лишь равноудалённые телефонные столбы, а также обтянутые сеткой места для сбора мусора.

Так что взор девушки был прикован только к Шидо...

И когда мысли парня остановились на этом факте...

— Бр... — дрожащими губами произнесла незнакомка.

— Бр? — переспросил Шидо.

Но девушка не ответила, а сорвалась с места и кинулась Шидо на грудь.

— А?..

Шидо в объятиях, а девушка обнимает его так, словно её переполняют эмоции. И хоть объект тут Шидо, а преступник — эта самая девушка, будь ситуация обратной, положение бы вырисовывалось в самый раз, чтобы вызвать полицию... Нет. Возможно, его повяжут даже в этих обстоятельствах.

Но мысли парня прервали.

— Братец! — сказала девушка, зарывшись ему в грудь.

— ЧЕГО-О-О?! — невероятно синхронно с дороги и мостика «Фраксинуса» прозвучали вопли брата и сестры Ицука.

Глава 3. Все выборы имеют последствия

— Ну вот мы и пришли, — горделиво произнесла Тацуки, затаскивая Мурасаме в свой дом.

Всю дорогу она тащила его за собой за шиворот. Со стороны это выглядело довольно комично. Некоторые прохожие на пару секунд останавливались и смотрели, как довольно хрупкая на вид девушка тащила за собой юношу с черными волосами.

Они зашли в дом. Юноша осмотрелся, пока Арисава закрывала дверь. Квартира была уютной, всё говорило о том, что хозяйка заботится о порядке, но одновременно здесь чувствовалась и душевная теплота, свойственная обжитому дому.

— Чувствуй себя как дома, — она указала на гостиную, — я сейчас принесу чай.

Пока Тацуки хлопотала на кухне, Мурасаме сел на диван. Раз ему велели чувствовать себя как дома, то он мог себе позволить расслабиться.

— Вот, держи, — девушка вернулась с подносом, на котором стояли две кружки чая и несколько видов печенья.

Евгений кивнул с благодарностью и взял кружку в руки.

— Спасибо, Арисава. Кстати, а твои родители не против того, что я погощу у тебя?

— Они погибли год назад, — Тацуки отвела взгляд.

Парень почувствовал себя неловко. Даже неосознанно затрагивать эту тему было неприятно.