— Значит... Знаешь выражения с Чогориса, чужак? — перебил меня Хан, заставив вскинуть брови — это было так-то выражение из прошлой жизни. — Впрочем, сам себе противоречу — ты ведь изучил нас, раз я не желаю тебя каждую секунду убить за присущее вашей расе высокомерие...

Н-да, высокомерие... Уж не примархам о нём глаголить изволить. Но ничего — чай не в первый раз с их братией общаюсь.

— И вновь возвращаясь к Жиллиману. — едва слышно вздохнул я, стараясь, чтобы раздражение не прорвалось в голос. Ведь очевидно, что столь премудрая личность как примарх — меня просто-напросто проверяет резкими высказываниями. Оценивает настоящие реакции и всё такое. И на это вестись не стоит, даже если это действительно задевает. — Мы планируем его возвращение — без него человечество падёт, как бы кто не старался. Медленно, но неумолимо скатится в... Да в Имматериум. — на этих словах меня даже не попытались убить!.. Что опять подтверждает адекватность моего собеседника и пониманием им ситуации. — И в этот момент ты нам поможешь убедить его защитников, что мы пришли с миром...

В конце-концов, я помню с каким надрывом Ультрамарина защищали своего генетического отца. Оно мне надо их убеждать, когда я тут освободил задницу другого примарха, в отличии от Кёрза — полностью и целиком лояльного по мнению нынешних имперцев?

Оставалось проявить всю свою арлекинскую харизму, чтобы в этом убедить этого самого примарха, да. Но где наша, Арлекинская, не пропадала?..

***

Вновь нынешнее время.

Убедить его получилось наполовину — он обещал подумать, что для примарха по отношению к аэльдари уже было ого-го каким моментом.

—...и всё-таки надо было этого примарха прикончить. — проворчала Лелит, уже знавшая о нашем госте. Собственно, как и Иврейн — связанные силой Иннеада, они быстрее сдохнут, нежели расскажут что-нибудь посторонним.

— Эй, а кто тогда будет нашим драгоценным щитом против сил Хаоса? Кого мы пошлём в качестве пушечного мяса на демонов? — возмутился я, параллельно разговору взмахивая Копьём Древних в очередной раз.

Привычное движение произошло почти без участия мозга — но несколько прожаренных психическим огнём трупов друкхари всё равно упали на землю. К тем десяткам, что были убиты Лелит и Дражаром — Иврейн мы отрядили на уничтожение иного кабала.

Своего собственного, ага.

И как можно уже было понять, мы находились уже в Верхней Комморре. Месте, где собрались самые ублюдочные ублюдки из числа наших Тёмных Кузенов.

Они были, безусловно, куда сильнее своих коллег из нижних районов, но... Всё также бесполезны против нашей совершенно ультимативной команды, что при напряжении сил, но может прикончить даже примарха, навалившись целиком.

Да и я в принципе тоже могу прикончить такого зверя невиданного, мон-кейского роду племени.

— Рутина. — в который уже раз подряд, вздохнул я, порядком уставший от вычищения всего того, что за девять тысяч и даже больше лет нагадили те, кто не смог отказаться от полюбившихся пыток и страданий совершенно левого народу.

Раньше все мои дела заканчивались быстро — явился, пошутил, взбесил всех и вся до точки кипения, и столь же быстро сбежал делать новую пакость кому-нибудь. Но Комморра была ужа-а-асно скучной и затянувшейся сценой, даже не актом представления, а всего лишь зачисткой сцены после того как по ней прошлась целая туча актёров.

Убийства друкхари сплелись в единую картину — шибанул психической мощью, добил в ближнем бою тех, кто умудрился выжить. И так с каждым зданием, с каждым кабалом, с каждым культом ведьм, обществом инкубов — я уже был даже не способен вспомнить, сколько я уничтожил из них.

Размером где-то с несколько Юпитеров разом, а может даже больше из-за сворачивающихся друг в друга пространств, Тёмный Город вычищался нами уже где-то... Месяц? Два? Три?

Не помню.

Но всё продолжалось успешно — и это выглядело до безумия сюрреалистично. Даже с учётом того факта, что сам Асдрубаэль Вект всё это время находился на нашей стороне и уже давно выбрал сторону победителя, и заодно всеми своими ресурсами блокировал объединение наиболее разумных Кабалов, подобная разобщённость по-прежнему мне казалась инородной, чуждой.

Но реальность была сурова — тысячи лет конкуренции насмерть друг с другом превратили друкхари, а особенно их глав — в не способных принять новую реальность консерваторов. История повторяется — как аэльдари без хорошего пинка не смогли понять, что Империи больше нет, так и друкхари не способны понять, что их доминирование в Комморре окончено окончательно и бесповоротно.

— И-и-и... Последний. — сверкнул я глазами, наблюдая за тем, как последний член Кабала и лучший мастер пыток этого самого Кабала затравленно смотрит на меня, и Лелит, почти театрально к нему приближающихся — Инкарна/Насмешка и Дражар отправились добивать тех, кто решил не прятаться, а бежать. — Интересное, стоит ли мне требовать государственные награды у мон-кей за уничтожение тех, кто был их злостным врагом столько лет?