— Собственно, это второй вариант... — задумчиво разглядывая вошедшего красавца (почти как я!), продолжил я рассказывать. — Если второй вариант вас не устроил, как я и думал... Ради него мне уже пришлось слетать на ваш родной мир и посмотреть на обитающих там животных. Собственно, это одно из них... — несколько слукавил я, пользуясь тем фактом, что от примарха буквально исходили флюиды восхищения и слушал он мне не слишком внимательно. — Только слегка улучшенное. Да, можете мне не верить, и не принять дар, коли хотите и дальше параноить, и подозревать Очень Хитрый План, но...

—...но если это прекрасное существо является твоей ловушкой, бомбой замедленного действия... Знай, чужак — я выживу. И я приду за твоей головой. За головой всех твоих сородичей, и выложу из них целую гору. — угрожающе, причём откровенно угрожающе ответил мне Джагатай, но как-то... Отстранённо, что-ли?

Повернувшись к нему, я увидел весьма интересную картину — примарх Белых Шрамов уже был на ногах, во все глаза осматривая того, кто вошёл после осла.

А им был огромный, просто чудовищно огромный для человека жеребец, в холке превосходя размерами даже самого примарха — такая скорость выращивания была возможно благодаря тому, что новые резервуары разрабатывала лично Иша, а Богиня Жизни может с этой жизнью очень чудные вещи делать. Как-никак, соавтор всей расы аэльдари, да-а-а...

— Безусловно страшит, но мой план куда сложнее и изощрённее. Каждый раз, когда в твоей голове возникнет идея истребить нашу расу — а в этой теме вы обошли многих и многих, ты будешь смотреть на сего прекрасного жеребца и будешь сомневаться. — ухмыльнулся я, распахнув руки. — И даже если это произойдёт всего раз или два... Но пьеса уже будет сыграна, и реквизит сделал своё дело, повелитель степей.

— Хм. — коротким и неопределённым хмыком отозвался примарх, делая несколько шагов мимо меня, и подходя прямиком лицом к лицу коня.

А потом... Потом вероятно наступил тот самый момент единения скакуна и всадника. То самое легендарное из всяких псевдонаучных фильмов, мол, когда всадник и конь становится единым целым и лошадь понимает своего наездника с полуслова — особенно такие сюжеты были популярны у различных степных народов.

Бредятина, но...

Примархи всегда были аномалией в квадрате. Хтонью непонятной, одним словом. Что в них намешали, только сам их создатель и знает.

Вот и сейчас на моих глазах Хан за несколько пролетевших секунд уже стал лучшим другом для коня, который изначально был вовсе не мирным. Даже меня пару раз лягнуть пытался, когда я его приводил в Комморру — то была отдельная эпопея, как заставить существо почти в два раза тебя выше, пойти за тобой без применения насилия. На мозг воздействовать было бесполезным занятием — генетики по привычке ещё с медоедов видоизменили структуру мозга таким образом, что при насильном вторжении, которое нельзя пересилить — голова просто-напросто вскипала.

Предосторожность от слития информации ещё времён войны с Вашторром — демоны могли бы вызнать что-нибудь даже из животного разума.

—...ты подарил мне славного жеребца. — вырвал меня из воспоминаний Хан, наконец-то отлипнувший от своего нового скакуна. — Он силён, могуч, и я не чую в нём колдовства вашего прокля... Кхм... — случилось удивительное, гордый примарх сам себя оборвал. — Возможно я не чую его сейчас, но... Мою угрозу ты слышал, а я не повторяюсь.

— А то. — хмыкнул я, ничуть не впечатлённый.

— Жаль только, что сейчас я не смогу на нём прокатиться по черепам моих врагов. — качнул головой Джагатай, проходясь ладонью по послушно подставившем голову коню.

— Что поделать? Всех свидетелей из числа наших тёмных кузенов — мы устранили. Но с вашими этими... Космодесантниками — будут понятные проблемы. — развожу я руками, качнувшись на ногах.

— Не пытайся изображать из себя кого-то, кто не знает о людях всё. — покосился на меня примарх, оторвавшись от своего нового питомца. — Раз ты до сих пор не был убит отважным воином человечества, хотя того без сомнения заслуживаешь, ты должен был вызнать множество наших секретов — и лишь потому что я поклялся самому себе не причинять вред своему освободителю — и то, до того, как ты не навредишь человечеству, ты ещё жив.

— Неожиданно, но приятно. Впрочем... — я пожимал плечами, подняв взгляд к потолку. — Потому-то я вообще решился тебя освобождать, потому что изучил вас — и понял, что ты будешь поадекватнее многих нынешних фанатиков Империума. К тому же у меня большой опыт общения с вашей божественной семейкой... Что? Ваш отец — буквально бог по мнению девяноста девяти процентов людского рода. Вы, соответственно, чтитесь ими как полубоги... Вон, спроси Кёрза, если не хочешь верить мне.

— Он жив? — скупо уточнил Хан, явно не испытывая особых родственных чувств к Ночному Призрак, ой, то есть, Тёмному Рыцарю.

После чего совершенно внезапно примарх запрыгнул на коня.

— Ай джигит... — не удержался от тихого восклицания я. — Что же до твоих братьев... Ага, ещё как жив. Как и Жиллиман — это о которых известно... И раз мы плавно подошли к этому вопросу...