Между мной и Имоджен пробежал разряд статического электричества. Я поглядываю на неё краем глаза. Она сжимает и разжимает руки, словно её пронзают иголки. И по её шее разливается румянец. Если бы мне пришлось угадывать, она изо всех сил сдерживается, чтобы не ударить меня по лицу. Я не могу сдержать легкой улыбки при мысли о ее попытке сделать что-то подобное.

— Это никуда не годится, — раздается за моей спиной голос отца, и он присоединяется к нашей небольшой компании. — Конечно, у тебя будет медовый месяц. Все уже устроено. Завтра ты уезжаешь в Шотландию.

Я обожаю Шотландию. Это одно из моих самых любимых мест в мире, и у нас там есть великолепный дом в тихом, отдаленном уголке страны, но я не вижу смысла в медовом месяце.

— У меня есть работа, — отвечаю я, и мой тон не терпит возражений, даже от отца. В ближайшие пару недель меня ждут не только официальные дела, связанные с Де Виль. Если мой контакт добудет нужную информацию, мои альтернативные планы потребуют моего внимания, и мне нужно будет действовать быстро.

— Она прдождет. Работай над тем, чтобы произвести на свет моего первого внука.

Имоджен покачивается на ногах, и я автоматически хватаю её за локоть, чтобы удержать. Из её глаз капает ненависть, когда она отстраняется и снова отходит от меня на пару футов. На этот раз я оставляю её в покое.

— Я сейчас работаю над крупной сделкой. Я не могу просто взять и бросить её на полпути.

Отец поднимает руку и зовет кого-то. Я оборачиваюсь как раз вовремя, чтобы увидеть направляющегося ко мне Николаса.

— Николас, поговори с Александром и обсуди его важную сделку, над которой он сейчас работает, о которой он мне до сих пор не рассказывал. Нам нужно освободить ему время для медового месяца.

От злобной ухмылки Николаса у меня дергаются руки, но унижать моего брата перед большинством важных членов нашей семьи, деловых партнеров, не говоря уже о нескольких членах Консорциума, — не самая лучшая идея, которая мне когда-либо приходила в голову. Хотя я бы получил от неё огромное удовлетворение.

Я иду прямиком в свой кабинет, захлопнув за Николасом дверь, как только он входит. Впрочем, его нисколько не смущает моя угрюмость.

— Что же это за сделка?

Я провожу обеими руками по волосам. — Никакой сделки нет. Я всё придумал на ходу, когда папа подкинул мне этот чёртов медовый месяц.

Николас усмехается, его глаза блестят. — Неплохо сработало.

Мои ноздри раздуваются, и я выдыхаю. Николас плюхается на диван, широко расставив ноги.

— Пора терпеть или облажаться, братец. В чём проблема? Ты поедешь в Шотландию, которую так любишь, с красоткой рыжей, у которой формы как у богини. Неужели трахнуть её будет такой уж проблемой?

— Я не собираюсь ее трахать.

Он складывает ладони домиком и постукивает кончиками пальцев. — Как ты собираешься это сделать?

— Не трахая её. Не сложно не засунуть свой член в кого-нибудь. — Я засовываю руки в карманы брюк и расхаживаю.

— За исключением того, что ты хочешь засунуть в нее свой член.

— Нет, не хочу.

Николас пренебрежительно махнул рукой: — Как скажешь.

— Не тупи. Ты же знаешь, почему я не хочу детей. Мысль о том, что их похитят, как нас с Аннабель… — я вздрагиваю. Сегодня мои мысли о сестре и матери всплывают гораздо чаще обычного, и каждый раз они словно нож в сердце. — Я не могу рисковать и трахать её. Пока она не… пойдет к моему врачу. И я ещё не решил, сделаю ли я этот выбор.

— Да, я знаю, почему ты не хочешь детей, и, кстати, ещё раз говорю, я думаю, ты ошибаешься. Ты не можешь позволить тому, что случилось с вами обоими, влиять на твои решения. Это было давно.

— Ты рад привести детей в этот мир, наш мир, и рисковать тем, чтобы то, что случилось с нашей сестрой, произошло с одним из твоих собственных детей?

Его лицо искажается. — Нет, этого не произойдет.

— Откуда ты знаешь, что этого не произойдет? — Когда он молчит, я добавляю: — Видишь?

— Ксан, — он поднимается на ноги и обхватывает меня за плечи. — Тебе пора перестать себя наказывать. Ты делаешь доброе дело. Ты заслуживаешь быть чертовски счастливым.

— Я ничего не заслуживаю.

Он вздыхает, раздраженный мной. Покачав головой, он указывает на дверь. — Думаю, нам лучше вернуться. У тебя есть жена, с которой “нельзя трахаться”, — он произнес последние слова с кавычками. — И медовый месяц, которым “нельзя наслаждаться”.

Глава 6

Глава шестая

ИМОДЖЕН

Признаюсь, после смелого заявления Александра о нашем “медовом месяце” меня это задело. Конечно, наш союз — это договоренность, и да, он ясно дал понять, что хочет этого не больше, чем я, но то, как он выпалил дяде и тёте, что не собирается брать меня в свадебное путешествие, заставило меня почувствовать себя последней тварью.

Мне это чувство совсем не понравилось. А теперь, когда вмешался папаша Де Виль и сказал, что мы едем в Шотландию, настроение Александра стало ещё мрачнее.