Глава 1

Настя

— Но почему я, папа? — внутри все дрожит и скручивается от страха. — Почему не Карина? Это же ей сделали предложение. Она должна выйти замуж, а не я!

— Неблагодарная дрянь! — визгливо вскрикивает мачеха и вскакивает со своего места.

Она с удовольствием залепила бы мне пощечину, лишь присутствие отца заставляет сдерживаться. Поэтому ее хватает только чтобы ядовито процедить:

— Твоя сестра знаменитая модель! Не то, что ты... Бездарность!

— Перестань, Алевтина, не надо так нервничать, — мягко обращается к ней отец и поворачивается ко мне.

Его взгляд мгновенно меняется. Становится холодным, даже наверное льдистым. Колючим. Как всегда, когда он на меня смотрит.

Это потому, что я очень похожа на маму. Все говорят, что мы с ней просто одно лицо. А еще у меня такие же волосы как у нее, светлые и длинные.

Отец до сих пор не может простить ей предательство, и иногда мне кажется, что он мне мстит. Вместо нее.

По крайней мере теперь его голос звучит сухо. И строго.

— Анастасия, у Карины заключен контракт с известным агентством, там прописано, что она не может выйти замуж в ближайший год. А у нас с Артемием давний уговор.

— Неправда, — качаю головой, — еще месяц назад у нее не было никакого контракта. И ты это прекрасно знаешь.

— А ты откуда знаешь, нищебродка? — смеряет меня презрительным взглядом «сестра». — Ты где научилась разбираться в контрактах?

Карина никакая мне не сестра, мы с ней абсолютно чужие, как и с Алевтиной. Это отец решил, что мы сестры. Она для него во всем лучше, чем я.

У нас все по классике.

Я — нелюбимая падчерица, Карина — мачехина дочка, которую мой отец любит больше, чем родную. Меня.

— Значит твоему партнеру все равно, на какой из дочерей Лиходимовых жениться? — обвожу вопросительным взглядом это змеиное гнездо — свою семейку.

— Ты такая же невозможная, как и твоя мать, — вспыхивает отец.

У меня опускаются руки. При чем тут мама? Почему он всегда ее вспоминает к месту и не к месту?

Он все не может забыть и простить, что мама полюбила другого мужчину.

Отец не согласился на развод, она от него сбежала. Их машина ночью не вписалась в поворот и слетела с трассы. Никто не выжил...

Папа женился на Алевтине, меня он видеть не хотел. Или не мог. У него появилась новая дочка, Карина. А меня отправили в школу-интернат, потом в закрытый университет.

— Так может все дело в том, что Морозецкие недавно объявили себя банкротами? — спрашиваю с вызовом. — И ваш прекрасный жених к тому же еще полный отморозок, который просадил миллионное состояние? У него больше нет большой дорогой машины, красивого дома. И живет он черти где, в лесу. Не так ли, систер?

— Смотри ж ты, хамка какая! — ахает Алевтина и картинно хватается за сердце, но трагичность момента портит качественно сделанная грудь четвертого размера.

Карина отворачивается и прячет ухмылку.

— Все, с меня хватит! — стучит кулаком по столу отец. — Выбирай. Или ты выходишь замуж за внука Артемия Морозецкого, или они с Арсением узнают всю правду о твоей матери-шлюхе.

У меня по позвоночнику ползет липкая струйка страха.

— Но если он узнает, папа... — шепчу еле слышно, — если этот Морозецкий узнает про маму...

— Не сомневайся, мерзавка, Арсений тебя первый прикончит! — мстительно щурится мачеха.

Я растерянно смотрю на отца.

— Зачем ты тогда меня прятал все это время, папа? Чтобы просто так им отдать? Своими руками?

Отец нервно поправляет узел галстука, прячет руки в карманы, затем снова достает.

— Ты не оставляешь мне выбора, Настя, — бросает с отчаянием, — для меня важно выдержать условия этого договора.

— Но почему тебе не выдать Карину замуж за Морозецкого? — спрашиваю потерянно.

— Моя дочь не поедет в лес в какую-то халупу, — дергает плечом мачеха. — Она рождена блистать. Это удел убогих, таких как ты.

Отворачиваюсь.

Моя мама из рода Тихомировых. Когда папа женился на ней, он был бедным, как церковная мышь. Так кричал дедушка, когда они ругались с мамой, это одно из самых ярких воспоминаний детства. А бабушка молча поджимала губы.

Все, что есть в этом доме, принадлежало им. И все, чем сейчас владеют отец с мачехой — это тоже наследие Тихомировых. Мое наследство.

Но разве сейчас это можно доказать? Для этого нужны дорогие адвокаты, а у меня даже карманные деньги — только те, что выделит папа. Теперь все принадлежит Лиходимовым.

Моему отцу и мачехе.

— Пойми меня, дочка, — у отца в глазах больше вызова, чем вины, — для тебя этот брак всего лишь фикция. Если мы с Морозецким выиграем тендер, его дела пойдут вверх. Тогда вы сможете развестись, и Арсений женится на Карине.

— Ты обещаешь? — поворачиваюсь к отцу. — Обещаешь, что если я соглашусь и выдержу год, вы оставите меня в покое? И Морозецкие никогда ничего не узнают?