— Почему нет? — он наливает в стакан коньяк, и пьет, явно не собираясь продолжать.

— Так вы ведь сами только что сказали, что Влад уехал. Обманули получается? — раздражаюсь я насколько мне это позволяет благоговейный страх перед этим мужчиной.

Алексей Михалыч с грозным выдохом опускает стакан на мраморную столешницу и поднимает на меня тяжелый взгляд:

— Мне по-твоему больше заняться нечем? Если сказал, что уехал, значит уехал.

— Тогда жених это…

— Я. Сейчас твой жених — я, Марьяна, — ошарашивает он ответом.

Долгие секунды стою, не шевелясь. Не дыша даже. Зато сердце колотится как чумное.

Да что он такое говорит?

Он же отец Влада. Я все готовилась к тому, как буду его папой называть и отгоняла мысли… всякие.

— Как же? — выдавливаю наконец. — Мой жених же Влад… Т-так нельзя… Я же… я его люблю.

— Даже после того, как он кинул тебя и твою маленькую сестру? — скептически приподнимает брови.

Я мешкаю с ответом. Ведь действительно очень зла на Влада. Не столько за себя, сколько за Софу. Но все же отвечаю:

— К сожалению, любовь так просто не отключается, — опускаю взгляд и слегка вздергиваю подбородок. — Да, он серьезно подставил меня. И я вряд ли смогу простить его за это. Но от этого мое сердце не перестало болеть.

Алексей Михалыч цокает языком:

— Не хочу тебя расстраивать, малыш, но этой самой любви априори не существует. А все сердечные муки обычный бунт химии внутри тебя. Так что угомонись. Я лично на твою химию не претендую. Между нами будет просто сделка.

— Сделка? — от стресса у меня будто скорость восприятия информации снизилась, и теперь я усердно пытаюсь понять, что это значит.

— Да, я женюсь на тебе и дам адрес для опеки, чтобы ты смогла забрать сестру, — говорит он обнадеживающе. — А в ответ перепишу на тебя кое-какой бизнес. На этом все.

У меня глаза на лоб:

— Б-бизнес?

— Чисто номинально, — кивает Алексей Михалыч.

— Н-но поч-чему я? — в панике спрашиваю. — Меня посадят?

В уголках непроницаемых голубых глаз появляется едва заметная паутинка, будто тень улыбки. А я между прочим никогда и намека на нее не видела на этом суровом лице. Поэтому сердце начинает колотиться еще сильнее.

— Нет, тебя не посадят, — качает головой мужчина. — Там все чисто. Мне просто по званию не положено предпринимательствовать. А человечек, на которого все было оформлено заболел серьезно. Я как раз искал ему замену.

— Но почему не Влад? — резонно спрашиваю я. — Он же ваш сын.

— Твое появление сегодня в моем доме — ответ на этот вопрос, — пожимает своими огромными плечищами. — Он незрелый. Порывистый. Не способный отвечать за собственные поступки. Местами азартный. И чтобы мой сын в итоге получил однажды свое наследство, он должен не профукать его сейчас. А этот хвастун вполне может.

Тут я даже поспорить не могу. Влад кутила и транжира. Часто спорит с друзьями. Проигрывает. И ставки у них не из простых.

А если этот его азарт масштабируется до размеров компании его отца, так он и ее рано или поздно проиграть может.

— Допустим, — соглашаюсь невольно. — Но почему именно я? Я же чужой человек?

— Нет. Если согласишься на сделку, то ты — моя жена.

У меня мурашки по коже от этих его слов. Обнимаю себя за плечи:

— Но вы ведь… вы могли бы выбрать любую из своих… своих… женщин, чтобы это провернуть.

Его взгляд снова становится привычно надменным:

— Предлагаешь мне доверить многомиллионный бизнес шлюхам?

Едва не давлюсь воздухом от его прямолинейности. А он продолжает:

— Чтобы исключить риски эта сделка должна быть по меньшей мере обоюдно выгодной. А тут как раз ты сама пришла. Тебе нужен муж. Мне нужен человек, который подпишет бумажки за меня, пока я воюю. Мы полезны друг другу. Понимаешь?

— Мне придется еще и что-то подписывать? — пугаюсь еще больше.

— Только то, что я велю. Но тебя опять-таки за это не посадят, — и снова эти морщинки в уголках глаз, которые кажется действую на меня гипнотизирующе. — Кроме невозможности записать предприятие на себя, в целом я веду дела чисто. Так что неприятностей не жди. Только взаимная выгода.

Он неторопливо подходит ближе и протягивает мне стакан с коньяком:

— Так что? — склоняет голову набок как-то выжидательно. — Соглашаешься, и уже завтра забираешь сестру. Или подождешь Влада, рискуя ее потерять?

Пребывая в немом шоке, я как-то на автопилоте принимаю из его руки стакан, и делаю обжигающий глоток, который моментально приводит меня в чувства.

— Я согласна, — киваю решительно, осознавая, что я не в том положении, чтобы перебирать женихами.

Эта сделка даже лучше, чем реальный брак с таким козлом, каким оказался Влад. Просто заключим брак, я заберу сестру и на этом все перемены в жизни закончатся. То, что нужно. Если конечно меня правда не посадят из-за этих махинаций.