Эта мысль приходит мне в голову только тогда, когда, спускаясь по лестнице, вижу Кейна, Дреа и Скара, ожидающих у двери, готовых ехать на вечеринку Винса.

Джейми, вызвавшаяся быть водителем этим вечером, предложила заехать за мной домой. Но я даже не догадывалась, что они с Дреа переписывались, и когда последняя узнала, что Джейми заедет за мной, она спросила о месте еще для троих.

Джейми не смогла сказать «нет», и вот мы все здесь, словно шпроты в банке, зажатые в ее пятнадцатилетней машине.

Извиняющийся взгляд Джейми брошенный мне через зеркало заднего вида, когда я усаживалась на заднее сиденье, дает мне понять, что она не собиралась подставлять меня так с Кейном.

Вообще, на что я рассчитывала, когда думала, что смогу избегать его, не запираясь в комнате двадцать четыре часа в сутки.

У нас общие друзья. Нас будут приглашать на одни и те же вечеринки, нравится мне это или нет.

Возможно, я не смогу держаться от него подальше, но совсем необязательно сближаться с этим парнем. Хотя, глядя на нас сейчас, у вас может сложится совсем другое мнение…

Я едва успеваю сесть и пристегнуться, как Кейн плюхается на заднее сиденье рядом со мной — буквально рядом со мной.

Он мог сесть на пассажирское сиденье или подождать, пока Дреа сядет, чтобы занять место у окна, но нет. Парень садится так близко ко мне, что я чувствую тепло его тела, исходящее от бедра.

Он сделал это специально.

Конечно же.

Просто не могу понять, почему.

Я надела джинсовые шорты и майку поверх бикини и уже начинаю жалеть об этом. Уверена, что Кейн заметил, пробежавшие по моей коже мурашки, в момент, когда рукой коснулся моего бедра. Он резко убирает руку, словно не желал прикасаться ко мне, но его дерзкая ухмылка не остается незамеченной мной.

А еще... его ладони… Они лежат на его раздвинутых бедрах — потому что все знают, что парни не умеют нормально сидеть — и Боже мой. Меня бесят его идеальные руки.

Они большие и загорелые, с длинными пальцами гитариста. Не говоря уже о выдающихся венах, змеящихся по его запястьям, кистям к костяшкам пальцев, что вызывает у меня странные чувства.

А еще у него на указательном и безымянном пальцах черные кольца, которые, я уверена, стоят больше, чем все, что есть у меня.

Кейн Уайлдер всегда был великолепен, но сейчас?

Он сексуально неотразим.

В детстве, его чертовски привлекательная внешность не вызывала подобных чувств.

Я редко думала о поцелуях, но сейчас? Представляю, если бы его рука обвилась вокруг моей шеи и немного придушила меня, пока он...

— Ты только посмотри на это гребаное место. — Голос Скара прерывает мои мысли.

Я вытягиваю шею и через стекло вижу подъездную дорожку к дому Винса.

Скар прав.

Место великолепное.

На самом деле, пляжный домик Винса лучше нашего. Вернее, их пляжный домик лучше, чем все дома в Голден-Коув.

— Все твои друзья при деньгах или что-то в этом роде? — Скар смотрит на Кейна с пассажирского сиденья.

Джейми фыркает.

— Посмотри на машину, в которой ты сейчас сидишь.

Скар замолкает, понимая, к чему она клонит. Машина Джейми нуждается в серьезном апгрейде. Ее не помешало бы покрасить, заменить тормоза и лобовое стекло. Два месяца назад она разбила одно из боковых зеркал, совершенствуя параллельную парковку.

Я практически выпрыгиваю из машины, когда она паркует машину. Кейн вылезает из машины следом за мной, с этой чертовски сексуальной ухмылкой на своих красивых губах. Почему у него такой вид, словно ему доставляет удовольствие видеть, как я смущаюсь?

— Кто еще придет? — спрашиваю я, подходя к входной двери. Подъездная дорожка пуста, за исключением двух машин, которые, я уверена, принадлежат Винсу и Кэлу.

Не знаю, почему я решила, что там будет полно народу.

Похоже, Винс планировал пригласить большую часть Хиллфорда раньше.

— Только мы, Кэл и Винс, — говорит Джейми, когда мы поднимаемся на крыльцо, в следующую секунду нажимая звонок.

Подождите, нас будет только семеро?

Это не совсем то, на что я рассчитывала.

— А как же Брук? И Шай? Они не придут?

— Посторонним вход воспрещен. — Дреа заполняет пробелы.

Мне требуется секунда, чтобы понять, что она говорит о людях, которых Кейн не знает.

Девушки не посторонние для нас, но они чужие для него. Именно из-за него эта вечеринка превратилась в небольшой междусобойчик. Видимо, мистер Противоречие не может веселиться с людьми, которым он не доверяет, когда весь мир жаждет его смерти.

— Почему бы тебе не заставить их подписать соглашение о неразглашении? — спрашиваю я.

— Нет. Это всего лишь на одну ночь, — сухо говорит Кейн.

— Но это может быть не одна ночь. Мы могли бы провести вместе лето, если...

Он перебивает меня.

— Я сказал, что это того не стоит.

Ну, черт возьми.

— Извини, что спросила. Боже.

Мой ответ останавливает его, резко выдыхая и поворачиваясь ко мне лицом.