Генерал подходит и встает рядом, когда мой взгляд задерживается на том месте, где я оставила окровавленный труп. Я убила одного из своих. Ради него. Ради мужчины, стоящего рядом. Я могу солгать и сказать, что это было ради защиты моей чести. Учитывая обстоятельства, никто и не подумает иначе, но я знаю правду.

Я могла бы использовать это в своих интересах. Могла бы помочь убийце прикончить мужчину, устранить генерала королевской армии, и всё это — сохраняя маску невинности. Но я не могу заставить себя пожалеть о своем решении. Я вкладывала смысл в свои слова, даже сейчас, и я поступила бы гораздо хуже с любым, кто попытался бы навредить ему. Даже при том, что сама я готова причинить этому мужчине вред больший, чем удар кинжала в сердце. По крайней мере, он будет жить. Я прослежу за этим.

— Он пришел сюда, чтобы убить тебя, — говорю я себе под нос.

Я отваживаюсь взглянуть на генерала. В его глазах всё еще читается мягкость и тревога, когда он кивает.

— Я не могла ему позволить, — признаюсь я.

Генерал снова кивает и говорит:

— Я знаю.

Откуда он может знать? Я и сама этого не знала.

Я смотрю на пустое пространство на полу, совершенно потеряв счет времени, пока генерал не берет мою руку в свою.

— Скажи мне, что тебе нужно, миажна.

Как я могу сказать ему, что мне нужно, если я даже сама этого не знаю? Что мне нужно? Смерть каждого убийцы на том корабле. Конец войны. Мир между нашими королевствами и сытость для каждой голодающей души на Терре. Безопасный дом для феа. Как всё стало так сложно?

У меня нет слов, чтобы начать объяснять всё, в чем я нуждаюсь, и даже если бы были, это то, что он не может мне дать. Поэтому я веду его к кровати и забираюсь под одеяло. Генерал гасит последние мерцающие огни и молча ложится рядом.

Я только устроилась, когда его рука скользит под меня, и он притягивает меня к себе. Он кладет подбородок мне на макушку, и я утыкаюсь носом ему в грудь, вдыхая его запах. Напряжение покидает мое тело в то мгновение, когда легкие наполняются ароматом цитруса и кедра. Я не просила об этом, но, возможно, он знал то, чего не знала я. Что это, именно это — то, что мне нужно.

Глава 27

ДВОРЕЦ А'КОРИ

Наши дни

— Поцелуй меня на прощание, миажна, — он касается губами моего виска, пока его пальцы нежно скользят вдоль линии моей челюсти.

Я сажусь прямо, одеяло падает с груди, увлекая за собой тонкую бретельку с плеча. Он в полном комплекте кожаной брони; два меча с длинными черными клинками закреплены за спиной, а на плечи наброшен плотный плащ. Я в замешательстве хмурю брови и спрашиваю:

— Куда ты собрался?

— Этим утром мы получили надежные сведения о том, где может скрываться остальная часть команды Ла'тари, — объясняет он.

Я сбрасываю одеяло с ног и прохожу мимо него в ванную, бросая на ходу:

— Я иду с тобой.

Мужчина погибнет, если попытается справиться с двумя военными кораблями Дракай. Я не позволяю себе слишком задумываться о том, кто может быть на этих кораблях, и о жизнях ла'тари, которые я, вероятно, отниму, прежде чем всё это закончится.

— Нет. Ты не идешь, — говорит он, следуя за мной.

Я сплевываю остатки мятной пасты в раковину и бросаюсь к шкафу, чтобы облачиться в кожу.

— Шивария, пожалуйста. Ты должна остаться здесь.

Мои штаны уже завязаны, и я закрепляю кирасу поверх темного платья, когда он входит в комнату следом за мной. Я тянусь за сапогами, свирепо глядя на мужчину, когда он выхватывает их из моей руки и швыряет на пол позади себя.

Он обхватывает мое лицо ладонями; его дыхание обжигает щеку, когда он говорит:

— Пожалуйста, останься здесь, — у меня внутри всё переворачивается от мольбы в его голосе. — Ради меня, останься. Я не хочу, чтобы ты была где-то поблизости от них.

Я — это они.

Я хочу прокричать это. Заставить его понять, насколько ужасно он недооценил Дракай. Велика вероятность, что полученная им информация была слита намеренно, и он идет прямиком в хорошо спланированную ловушку.

Но я не могу сказать ему. Не могу, не признавшись, кто я такая. Что я такое.

Что я делаю? Леди не сражаются в войнах. Они не убивают потенциальных убийц, проникающих в их покои по ночам. И уж точно не бегают за своими генералами, чтобы защитить их.

Я разглаживаю морщинки на лбу и киваю.

— Конечно. Я останусь.

— Не делай так, — говорит он с тяжелым вздохом, качая головой.

— Что? Ты попросил меня остаться, и я говорю, что останусь, — мне не удается скрыть раздражение в голосе.

— И я рад, потому что здесь ты будешь в большей безопасности. Но не притворяйся кем-то, кем ты не являешься, просто чтобы успокоить меня. Звезды мне в помощь, я люблю твой огонь. Я люблю, что ты предпочла бы быть рядом со мной, чем сидеть сложа руки. Но если ты пойдешь, ты будешь только отвлекать меня от того, что мне нужно сделать.

Я знаю, что он пытается сказать, но от этого не легче. Поэтому я провожаю его простой просьбой:

— Просто будь осторожен. Пожалуйста.

Он оставляет поцелуй на моем виске и говорит:

— У меня есть кое-что для тебя.