– Хейген, глянь-ка – сказала мне Кролина, стоящая за спиной – Да не туда, левее. Вон, рядом с леском интересные персонажи стоят. Интересно, что они тут забыли?

И верно, неподалеку от хиленькой рощицы, которую так и подмывало назвать иллюстрацией пословицы «в трех соснах заблудился», ошивались несколько игроков, причем над тремя из них посверкивали золотом значки лидеров кланов.

– Понятия не имею – ответил я своей заместительнице – Но звоночек тревожный. Не хватало только, чтобы они нам в спину ударили, когда мы начнем этот городок уничтожать. Трень, ты где есть?

– Тут – над моей головой захлопали крылья феи – Чего?

– Метнись-ка вооон туда – я кивком головы указал ей направление – Только поаккуратнее. Видишь, игроки стоят? Пошарься по округе, проверь, не залегли ли где-то за деревьями их сокланы? Только так, чтобы этим товарищам на глаза особо не попадаться.

– Ясно – фея шутовски приложила ладонь к голове – Делается!

– Знаешь, мне кажется, что в ее случае количество переходит в качество – наблюдая за полетом Треньки, которая не напрямки двинулась, а решила заложить небольшую петлю, произнесла Кро – Мы столько с ней бились, что она потихоньку начала браться за ум.

– Ну, или посмотрела на себя со стороны – предположил я – Элерин это вторая она, только образца двухмесячной давности.

– Может и так. Ну что, пошли, устроим защитникам небольшое магическое шоу? Фрейя солировать станет, а Ариадна ее поддержит. Ну, и Лавиния при случае подсобит.

– Плюс Сайрин.

– Вот тут не знаю – покачала головой Кролина – Она у нас дама непредсказуемая, может и отказаться. Одно дело сражение или поединок, другое осада. Ей может стать жалко тех, кто за стенами. В другом клане ее бы за такой пацифизм, конечно, сразу выперли, но я тебя знаю. Ты просто скажешь: «ну, что здесь поделаешь, вот такая она».

– Скажу – подтвердил я – Но все же прихватим ее с собой. А вдруг?

Что примечательно – принц, заметив, что мы медленно начали спускаться с холма вниз, туда, где войска ждали приказа, присоединился к нам, Кройзен же так и остался стоять наверху эдаким памятником самому себе. Хотя, правды ради, выглядел он монументально – высокий, седой, с развивающимся от ветра плащом и положивший ладони на рукоять двуручного меча.

– Ворота хорошо бы спалить – давала на ходу указания магессам Кролина – В идеале. Хотя если просто шороху внутри наведете, такого что местные жители сами нам их откроют – тоже хорошо. В принципе такое правилами игры предусмотрено. Там даже бонус какой-то перепасть за это может, что-то вроде достижения. Ну, вроде как «Победа без боя».

– А штрафы нам не прилетят? – полюбопытствовала Ариадна – За уничтожение мирных жителей? Они в Файролле лютые.

– Нет – качнула головой моя заместительница – Им предложили сдаться, они отказались, НПС-парламентера со стены сбросили, а мы официально состоим в войске мятежного принца. Какие тут штрафы?

– В принципе она права – произнес я и обратился к принцу – Вал, как подойдем поближе ты давай, гаркни что-нибудь эдакое.

– Что именно? – опешил претендент на престол – Поясни хоть?

– Ну, не знаю – почесал затылок я – Например – «мы имеем честь атаковать вас». Или, там, «идем на вы».

– Первый вариант мне нравится больше – ответил Вайлериус – Второй просто звучит как-то… Не совсем грамотно.

– Зато по сути верно – заметил я – Но – как пожелаешь. Ты во главе похода, тебе и решать.

Мы остановились, когда до крепости оставалось дойти метров триста пятьдесят, не меньше. И видимость отличная, и нашим магессам удобно будет свои таланты демонстрировать, и стрела из лука досюда не добьет. Не хватало нашего бунтаря эдак дуриком потерять. А что, мировая история такие прецеденты знает. Вон, Сигурд Могучий в свое время выпендрился, голову поверженного им шотландского вождя Мелбригита по прозвищу «Зуб» к седлу привязал, тем самым зубом, который при мумифицированной башке остался ногу покарябал и все, привет. Заражение крови и почетные похороны. Или Яков Второй. Он тоже, кстати, крепость осаждал, используя для сокрушения стен новомодные на тот момент пушки. Одна из них взорвалась, осколки размололи в труху бедро довольно молодого еще венценосца, и тот, на радость осажденных, прямо там дуба от болевого шока и дал.