- Этому не бывать, - сказал Торин.

Что-то смертельное и смертоносное мелькнуло в глазах Эхо, но его взгляд не оставил меня.

- Не лезь в мои дела, Валькирия, - тихо предупредил он.

- Я же говорил, что вы не используете ее, пока мы рядом, - сказал Торин.

- Вы не важны в великой схеме вещей, Сент-Джеймс. Она знает, - Эхо усмехнулся и дал мне прийти в себя. Я была одета в спортивные штаны и куртку своей команды по плаванию, но от жары в его глазах, я бы не замерзла и голой. Тон его голоса понизился и стал хриплым. - Кроме того, «использование» - это такой непонятный термин.

Тембр его голоса ласкал мои чувства. Даже когда он разозлил меня, я все еще хотела его. Торин встал рядом со мной, как охранник, и столкнулся с Эхо, который держал дверь машины. Я все еще сидела на заднем сиденье, оставив ноги на улице. Мне было смешно наблюдать за ними. Эхо не причинит мне боль. В любом случае, физически. И враждебное поведение Торина не имело смысла.

- Я тебя знаю, Эхо, - сказал Торин. - Ты никогда ничего не делаешь без причины.

- И это всегда для твоей богини, - добавил Эндрис. - Разве не поэтому ты ее любимчик, к которому она обращается, когда хочет, чтобы работа была выполнена?

Судорога пробежала по лицу Эхо, как будто Эндрис ударил в нерв, но он быстро пришёл в себя и улыбнулся.

- Любимец Хель? Ты считаешь меня милым мальчиком. Как лестно, - он, наконец-то, перевел взгляд от меня к Эндрису, а затем Торину. - Я скажу это еще раз. Шаг назад, Валькирия. Я оценил тот факт, что ты присматривал за ней, пока я не мог, но теперь я вернулся. Это между Корой и мной.

Торин случайно положил руку на капот моей машины и наклонился назад, как будто не собирался уходить. На нем было футбольное форма, что означало, что он оставил тренировку, чтобы приехать сюда.

- Всё, что касается её, касается нас, - сказал Торин.

Мне хватило их выступления. Это не имело смысла.

- Позвольте мне встать здесь, мальчики, так как вы собираетесь устроить здесь еще одни глупые тестостероновые

разборки, и я планирую остаться и остановить вас на этот раз, - я указала на Торина и Эндриса. - Вы двое охраняли меня на этой неделе, потому что Эхо попросил вас, а теперь вы против него, потому что...?

- Он никого не просил, - сказал Торин. - Он сказал, что ты в опасности, и ушел.

Я покачала головой.

- Я в растерянности. Разве это не делает его хорошим парнем?

- Нет, - сказали Эндрис и Торин одновременно. Эхо просто ухмыльнулся.

- Мы не видели никаких Гримниров, с тех пор, как он ушёл, - сказал Эндрис.

- Возможно, я позаботился о них, - сказал Эхо, выглядя равнодушным, как будто ему было всё равно, верили ли они ему или нет.

- Наверное, Гримниров вообще не было, - огрызнулся Эндрис. -

Возможно, сломанные деревья и разрушенные виноградные лозы возле дома Коры были подставой, чтобы заставить ее думать, что она в опасности.

- И ты не убьешь одного из своих, не столкнувшись с гневом Хэль, - возразил Торин. - Ты здесь по работе, и это связано с ней. Поэтому я снова скажу это, оставь ее в покое или будешь иметь дело с нами.

Если всё, что они сказали, было правдой... нет, я не собиралась верить всему, что они сказали, и мне не понравилось, как они наезжали на Эхо.

- Эй, ребята, притормозите, - я отошла от машины и встала рядом с Рейн, которая молчала с тех пор, как ребята начали свою маленькую перепалку. - Спасибо за заботу, ребята. Просили вас или нет, я всё равно ценю это, но не вам решать, поговорю я с Эхо или нет.

Эхо ухмыльнулся.

Я бросила на него взгляд.

- У тебя был шанс все объяснить, но вместо этого ты ушел от меня. И каждую ночь с тех пор у тебя был шанс поговорить со мной, но вместо этого ты использовал сонные руны, так что я не готова слушать все, что ты скажешь. На самом деле, я не знаю, достаточно ли доверяю тебе, чтобы верить всему, что ты скажешь сейчас.

Сощурившись, Эхо подошел к тому месту, где я стояла. Он был так близко, что тепло от его тела повисло между нами и обернулось вокруг меня. Часть меня хотела оставить некоторое расстояние между нами, но другая часть хотела схватить его и держать рядом. Простить его за дерьмовое поведение на прошлой неделе.

Он не говорил, позволяя своим глазам говорить за него. Ему было жаль, сказали они.

- Ты можешь мне доверять, Кора. Я бы никогда не солгал тебе. Ты, Кора, а не Малиина. Она для меня ничего не значила и ничего не значит. Они, - он указал на Торина и Эндриса, - неважны. Ты - вот что важно, - в его глазах мелькнула жара. Когда его взгляд остановился на моих губах, которые стало покалывать, как будто он поцеловал меня.

Пришло время создать какое-то расстояние между нами.

- Никогда больше не упоминай ее имя при мне снова, - я пошатнулась и поспешила к машине. Когда наши глаза встретились, в его глазах была боль. У него не было причин страдать. Я была той, кого он обидел. - Поехали, Рейн?