Все здания построены из темного дерева, а окружающая природа и зеленые деревья создают умиротворяющую атмосферу.

— Ты здесь тренировался? — спрашиваю я Рё, когда мы останавливаемся в дверях комнаты, в которой есть только низкий кофейный столик и две мата.

— Сними обувь, — бормочет он, снимая свою. — Да. Я тренировался за храмом.

Присев на корточки, чтобы снять ботинки, я наблюдаю, как моих людей ведут в другие комнаты, где они будут спать.

Лоренцо, однако, подходит ко мне. Эта сверхзаботливая задница отказывается оставлять меня наедине с Рё.

— Что ты делаешь? — спрашивает он.

— Сними обувь, — говорю я ему. — Это их культура.

Я тщательно изучил все, что связано с Японией, чтобы внести важные элементы в нашу с Юки повседневную жизнь. Не хочу, чтобы она меняла себя ради того, чтобы вписаться в мой мир.

Когда мы заходим в комнату, Рё указывает на маты. Мы садимся за стол, и я чувствую, что мне приходится буквально согнуться пополам, чтобы поместиться за ним.

Он садится напротив меня.

— Я хочу атаковать сегодня вечером.

— Я услышал тебя с первого раза, — ворчу я. — Но мы ни черта не будем делать, пока ты не скажешь мне, где живет твой отец. Я отправлю разведчиков осмотреть местность. Не хочу, чтобы мои люди угодили в ловушку.

Рё сообщает мне адрес, и я открываю приложение Карты на своем телефоне, чтобы посмотреть, где он находится. Отправив Лоренцо координаты, я говорю:

— Скажи Санти и Джону проверить этот адрес.

Он кивает, направляясь к двери, чтобы позвонить.

Я снова перевожу взгляд на своего шурина и вижу, как на его лице появляется нервозность.

Он всего на два года старше Юки. За плечами у меня многолетний опыт, но я помню, как было страшно, когда пришлось сменить отца.

— Все будет хорошо. Притворяйся, пока не добьешься успеха, — даю я ему тот же совет, который получил сам.

Он кивает.

— Я боюсь, что после убийства отца, люди откажутся следовать за мной.

— У них не будет выбора, — рычу я. — Либо они преклонят колени перед тобой, либо я их убью.

— Ты пробудешь здесь всего несколько дней.

— Я хочу, чтобы ты понял: если с тобой что-то случится, я вернусь и уничтожу их. Договор заключен с тобой, Рё, а не с якудза.

Впервые в его глазах появляется уважение, когда он смотрит на меня.

— Я знаю, что ты делаешь это только ради Юки, но спасибо.

Понимая, как ему, должно быть, трудно произносить эти слова, я киваю.

— Ты мой шурин. Твоя смерть плохо скажется на мне, — я прищуриваюсь, глядя на него. — То же самое касается и тебя. В нашем мире семья – превыше всего.

— Санти и Джон только что ушли с его другом, — говорит Лоренцо, указывая на Рё.

— Его зовут Такеру, — бормочет Рё.

— Что у тебя за дела с Такеру? — спрашиваю я.

— Он научил меня драться и будет рядом со мной, когда я возглавлю якудза.

Я усмехаюсь.

— Мне казалось, монахи – мирные люди.

— Верно. Такеру будет направлять меня, чтобы я не погряз в жадности и насилии.

Кивнув, я оглядываю пустое пространство.

— Ты что-то имеешь против мебели?

— Материальные вещи недолговечны и не могут даровать истинного счастья.

— Позволю себе не согласиться, — отвечаю я. — Но каждому свое.

Монах приносит нам чай, и, попробовав горький напиток, я отставляю чашку в сторону. Дождавшись, пока Рё допьет свой чай, я встаю.

— Раз уж мы ждем известий от моих людей, покажи мне, где ты тренировался.

Мы надеваем обувь, и он ведет меня на задний двор. Увидев импровизированное тренировочное оборудование, я спрашиваю:

— Говоришь, Такеру тебя тренировал?

— Да.

— Должно быть, он хороший учитель. — Я перевожу взгляд на Рё. — Твои боевые навыки превосходны.

— Хочешь поспарринговать, чтобы скоротать время?

На моем лице расцветает улыбка, когда я достаю пистолет. Передав оружие Лоренцо, я разминаю плечи, стараясь снять напряжение в мышцах.

— Давай, братишка, — говорит Рё, быстро перепрыгивая с ноги на ногу.

Как только он атакует, я отвечаю с той же силой. По мере того как мы обмениваемся ударами, я чувствую, что между нами возникает нерушимая связь.

Когда мы останавливаемся, чтобы отдышаться, я усмехаюсь:

— Только не говори Юки. А то она нам обоим задницу надерет.

— Мои уста запечатаны. — Рё ложится на землю, хватая ртом воздух. — Хороший бой.

Я смотрю на бамбуковый лес за монастырем, позволяя умиротворяющей атмосфере окутать меня.

— Почему ты раньше не попытался связаться с Юки? — задаю я вопрос, который долгое время не давал мне покоя.

Рё поднимается на ноги.

— Я не знал, где они ее держали. Знал лишь, что чем быстрее завершу тренировки и присоединюсь к отцу, тем быстрее получу информацию о ней. Кивнув, я вздыхаю.

— То, что этот ублюдок сделал с тобой и Юки, – полный пиздец.

— Вот почему он умрет сегодня.

Я смотрю Рё в глаза.