Кинсли стояла ко мне спиной, и я наблюдал, как усиливающийся ветер развевал ее каштановые волосы. Я пытался расслышать, о чем они говорили, но я все еще был слишком далеко; мне нужно было подойти ближе. Хорошо, что на мне была темная кофта; так было легче слиться с тенями леса. Я прокрался ближе, стараясь не шуметь, но это было трудно, так как земля была покрыта сосновыми иголками, которые хрустели под моими ботинками.

— Почему ты хотел, чтобы мы ушли? — спросила Кинсли, и парень хихикнул под маской, снимая с головы толстовку. Первое, что я увидел, были светлые волосы, и когда он снял маску, я его узнал.

Это был парень, работавший в магазине фототехники.

— Ты меня не интересовала, — он пожал плечами. — По крайней мере, сначала. Но с каждым твоим протестом против ухода ты становилась для меня все более привлекательной. Моя месть отцу из желания убить его превратилась в желание убить тебя. — Я нахмурился.

Нанести вред его отцу? Мертвому?

— Твоему отцу? — спросила Кинсли с таким же недоумением в голосе, как и у меня.

— Джошуа Роудс, — ответил парень, и я замер. — Думаю, ты с ним знакома.

Лес замер, и мы все на мгновение замолчали.

— Ты думаешь, Джош — твой отец? — спросила Кинсли, и я ударился лбом о ствол дерева. Вот почему у них была его фотография.

Когда я снова обратил внимание на поляну, я увидел, как парень вытащил что-то из-за спины. У меня сжалось сердце, когда я понял, что в левой руке он держит пистолет.

Блядь.

Я услышал нервное хихиканье Кинсли на ветру.

— Тебе следовало лучше подготовиться, — сказала она, и я сжал губы в жесткую линию. Блядь, она сама себя подставит под пулю. — До чего? До того, как ты начал планировать убийство? — Ее тон стал ровным, и парень зарычал на нее.

— Глупая сука, — пробормотал он, и когда я увидел, что его палец задрожал над пистолетом, я двинулся.

Я дернул Кинсли назад, и она вскрикнула от удивления.

— Еще раз встань ей на пути, и я размозжу тебе череп, — прорычал я, и Итан поднял брови, на его уродливом лице появилась улыбка.

— Золотой мальчик, — сказал он мне, и я вздрогнул. — Я читал о тебе. Капитан хоккейной команды, принят в Йельскую юридическую школу, будущий наследник империи папочки.

— Уходи. Сейчас же, — пробормотал я Кинсли, но она покачала головой и строго посмотрела на меня.

Я уже собирался поспорить с ней, когда Итан прочистил горло.

— У меня пистолет, — сказал он, отпуская Кору, которая чуть не упала лицом на землю. — Это значит, что говорить буду я. — Кинсли и я переглянулись.

— Давай договоримся, — предложил я с гримасой, и он поднял брови. — Ты расскажешь свою часть истории, а потом мы расскажем нашу.

Он фыркнул.

— Знаешь что? Я расскажу тебе, что случилось с твоей матерью, а потом решу, убить тебя сначала или дать тебе поговорить, — сказал он, и я оглянулся на Кинсли. Ее глаза тоже метнулись в мою сторону, и нам не нужно было использовать слов, чтобы понять друг друга.

— Хорошо, но побыстрее. — Я потянулся. — Нам нужно успеть на фейерверк.

Итан Боуман зарычал, и краем глаза я увидел, как блондинка отступила в лес. По крайней мере, она была достаточно умна, чтобы сделать это.

— Я вырос на рассказах матери о моем отце, — начал Итан, и я почувствовал, как Кинсли придвинулась ближе ко мне. — Но когда я спрашивал ее, где он, она не отвечала, — пояснил он, играя с пистолетом в руке. — Мне было около шести лет, когда она впервые показала мне его фотографию. У него была другая семья, конечно. — Он кивнул в мою сторону, и я поднял бровь. — С того момента рассказы моей матери стали меньше касаться этого мужчины, а больше — семьи, которая украла его у нас.

Я едва сдержал фырканье, но, как ни странно, все это имело смысл. Сестра Алии упомянула, что у Хизер Джонс диагностировали бредовое расстройство. Возможно, это было вызвано смертью ее мужа. Она осталась одна с двумя детьми. Возможно, она считала, что это несправедливо. Разве не так думают все? Она могла встретить моих родителей, когда мы были в городе. Итан сказал, что ему было около шести лет, когда рассказы его матери изменились, а мне было четыре, когда мы впервые приехали в Колдуотер на каникулы.

— Поэтому ты послал это письмо Джошу? — спросил я, и он опустил голову.

— Я думал, что идея узнать, что на самом деле случилось с его драгоценной женой, заманит его обратно сюда. — Он пожал плечами. — Думаю, ему было все равно. — Я сжал челюсти. — Как я уже говорил в первый раз, когда я понял, что вернулся не Джошуа, я был очень зол. Тогда я и попросил девушку Хейл присмотреть за тобой.

— Ты не просил ее, — встряла Кинсли, выйдя из-за моей спины. — Ты шантажировал ее.

Итан ухмыльнулся.