Вкус был таким ярким, таким мощным и концентрированным, что у меня на глазах выступили слёзы, и я вцепился в край стола, чтобы не упасть.

Аромат, который поднялся от пыльцы, мгновенно заполнил всю кухню. И этот запах — он немедленно вернул меня туда, на дно оврага. Я снова почувствовал её прохладное дыхание на своей щеке. Снова увидел её бездонные зелёные глаза, полные древней мудрости. Снова ощутил на своих губах её поцелуй — мягкий, сладкий, обещающий. По спине пробежали мурашки, и я невольно вздрогнул всем телом, словно меня окунули в ледяную воду.

Мой разум всё ещё отказывался верить в происходящее, пытался найти рациональное объяснение. Может, я ударился головой? Может, надышался какими-то спорами в лесу? Но тело… тело помнило всё до мельчайших деталей. Каждое прикосновение. Каждый шёпот. Каждый взгляд. И этот невероятный, ни на что не похожий вкус был неоспоримым тому подтверждением.

Я выпрямился, вытер выступившие слёзы тыльной стороной ладони и посмотрел на изумрудную пыльцу, рассыпанную по доске. Её было совсем немного — может быть, половина чайной ложки. Но даже этой крошечной щепотки хватило, чтобы перевернуть все мои представления о вкусе.

Неважно, что это было на самом деле. Неважно, сошёл я с ума или действительно повстречал в лесу что-то сверхъестественное.

Главным было то, что в моих руках оказался новый, совершенно уникальный, ни с чем не сравнимый ингредиент. Настоящее оружие массового поражения для вкусовых рецепторов. Сила, способная перевернуть все представления о еде в этом скучном, сером, провинциальном городке.

И я точно знал одно: я обязательно найду этой пыльце применение. О, да. Я заставлю весь Зареченск попробовать на вкус этот поцелуй лесной богини. Пусть все узнают, каково это — когда еда пробуждает что-то внутри. Даже если для этого мне придётся продать душу дьяволу.

Или, что гораздо вероятнее, говорящей крысе с претензиями на мировое господство.

Глава 8

Обычный вечер в «Очаге» тёк спокойно и размеренно. Чистые белые скатерти, довольные ремесленники. Настя весело щебетала с учительницей из соседней школы, разливая ароматный чай по чашкам. Я стоял на кухне, вытирал руки о фартук и поглядывал на кастрюлю — мясо для завтрашнего обеда должно было вот-вот свариться.

Всё шло своим чередом, как всегда в это время... пока в зале не раздался хриплый, голос.

— Ну что, поварёнок, есть чё пожрать?! Только дай что-то нормальное, с добавками от магов, как и полагается нормальному мужику! А не ту хрень, о которой говорят! — пробасил здоровенный мужик с прокуренной мордой и шрамом через всю щёку. Вслед за ним в дверях показались двое — такие же широкоплечие громилы с глазами голодных дворовых псов.

Я нахмурился. Кто это вообще такие?

— Это Кабан со своей бандой, — тихо шепнул мне на ухо Рат, материализовавшийся рядом с моим плечом. — Местные бандиты. Крышуют половину заведений в округе.

Атмосфера в зале мгновенно изменилась. Приличные гости поспешно собрались, оставили деньги на столах и заторопились к выходу, бросая на меня сочувствующие взгляды. Никто не хотел связываться с местными отморозками. За несколько секунд уютное заведение опустело, словно по нему прошёлся холодный ветер.

Кабан со всего размаху плюхнулся за центральный стол. Дерево жалобно заскрипело под его тушей. Его дружки принялись громко ржать, словно услышали самую смешную шутку в мире. Один из них, проходя мимо Насти, нагло потянулся к ней, явно собираясь схватить за руку.

— Руки убрал, — мой голос стал холодным.

Я вышел из кухни и одним широким шагом загородил сестру от наглеца. В зале повисла гробовая тишина — даже дыхание стало слышно. Воздух словно наэлектризовался перед грозой.

— А то что будет? — ухмыльнулся бандит, явно полагая, что сейчас начнётся забавное представление для его друзей.

Вместо слов я сделал почти неуловимое движение рукой. Деревянная лопатка уже была в моей ладони. Для кого-то это просто кухонная утварь, но сейчас… она превратилась в грозное оружие.

Я не стал размахивать ею для устрашения (это было бы слишком комично и глупо) — просто резко ткнул рукояткой точно под рёбра ловкачу. Удар пришёлся в солнечное сплетение с хирургической точностью. Громила мгновенно согнулся пополам, хватая ртом воздух, и рухнул на колени.

Второй громила бросился на меня с кулаками, рыча как разъярённый медведь. Но получил прямо в физиономию мой фирменный соус. Я молниеносно подхватил с одного из столиков соусницу и плеснул этому недоумку жидкую и жгучую приправу (Рат постарался, ища для меня острые коренья и перец). Мужик, явно не ожидавший такого, начал протирать глаза и… в общем, зря он это сделал, так как уже через пару секунд истошно завопил от боли.