— Ваши сородичи слышали что-нибудь о том, что вчера на вокзале была ранена или заболела женщина? — спросил Бёрк.

Волки говорили о засохшей крови на медведе Лиззи, но правда была в том, что клочок шерсти, который был испачкан кровью, был настолько мал, что кровь могла быть от свежего пореза на чьей-то руке, когда люди садились в поезд. Человек не обратил бы на это внимания. Люди не обратили на это внимания. Если бы это было не так, кондуктор или кто-то в поезде расспросил бы ребёнка об окровавленном медведе и отсутствии взрослого.

Повисло некое колебание. Потом Влад сказал:

— Ставрос считает частью своей работы для Двора Толанда прочтение человеческих газет и прослушивание новостей. Вчера вечером поступило сообщение о том, что на вокзале Толанда зарезали женщину. Погибла на месте. Полиция ведёт расследование. Имя скрывается до тех пор, пока не будут уведомлены ближайшие родственники. Когда я разговаривал с ним, он ещё не слушал утренние новости, поэтому я не знаю, назвали ли имя женщины.

— Итак, полиция расследует подозрительную смерть.

Лиззи ехала ранним поездом на запад. Ближайших родственников известили бы задолго до выхода вечерних новостей. Если мёртвая женщина и Элейн — одно и то же лицо, значит, кто-то знал, что Элейн мертва... и не позвонил отцу её ребёнка.

Даже не заметили, что Лиззи пропала?

Ещё одно, более продолжительное колебание, прежде чем Влад сказал:

— Железнодорожные станции — хорошее место для охоты.

Бёрк выпрямился.

— Вы хотите сказать, что один из Сангвинатти убил Элейн Борден?

— Нет. Я говорю, что Сангвинатти часто бывают на вокзалах, особенно в больших городах, таких как Толанд, потому что очень много поездов приходит и уходит, и обычно там много добычи. Но станции также дают возможность изучать людей. Сангвинатти не только охотятся, но и наблюдают. Они не были в той части станции Толанда, когда это произошло, поэтому они не видели нападения, и они не видели, как Лиззи садилась в поезд. Как только прибыла полиция, им стало любопытно, что происходит, и они прислушались.

Отлично. Были ли Сангвинатти обычно в толпе вокруг места преступления, привлечённые суматохой и скоплением людей, которые могли бы стать лёгкой добычей? Есть о чём подумать. Позже.

— Что они слышали?

— В туалете, где нашли женщину, на двери висела табличка "Не работает". Обслуживающий персонал станции настаивал, что табличка была на двери мужского туалета, а не женского. Было неясно, то ли женщина передвинула табличку, пытаясь спрятаться, то ли нападавший передвинул её, чтобы отсрочить её нахождение. Женщина носила маленький золотой ключик на длинной тонкой цепочке, спрятанный под рубашкой. Предполагалось, что ключ открывает замок шкатулки с драгоценностями, но чемодан женщины на вокзале не открывали, так что Сангвинатти не могли сказать, нашли ли шкатулку.

Бёрк делал пометки.

— Что-нибудь ещё?

— У женщины было два билета на пригородный поезд, идущий в Хабб НЭ. Её нашли незадолго до того, как поезд отошёл от станции, поэтому полиция искала её спутника среди пассажиров, садившихся в него, но не нашла никого, кто знал бы эту женщину.

Бёрк на мгновение задумался. Неужели Элейн купила второй комплект билетов, чтобы найти себе другой путь к спасению? Или один комплект был отвлекающим манёвром? Если у Лиззи были оба билета на Лейксайд, это могло объяснить, почему никто не усомнился в отсутствии взрослого. Мама была в туалете. Вот её билет.

Мама была в туалете. Только не в туалете поезда.

— Спасибо за информацию, — начал Бёрк.

— Капитан? — голос Влада, который до этого момента был разговорным, внезапно похолодел. — Кто-нибудь звонил вам или лейтенанту Монтгомери, чтобы спросить о ребёнке?

Бёрк почувствовал, как сердце тяжело забилось в груди.

— Нет, — сказал он, проглотив кислый привкус, в котором узнал страх. — Никто не звонил, чтобы узнать про ребёнка.

— Так мы и думали.

Влад повесил трубку.

"Боги небесные и боги земные", — подумал он, заметив, как дрожит его рука, когда он возвращал трубку на рычаг. Одно дело — осуждать такое пренебрежение к благополучию ребёнка. И совсем другое — удивляться, как Сангвинатти отнеслись к такому пренебрежению.

Учитывая, как терра индигене отреагировали на смерть младенцев кассандра сангуэ, он усомнился, что Иные позволят людям принимать все решения, касающиеся маленькой девочки Монтгомери.

Бёрк обмяк в кресле, но тут же выпрямился, когда Луис Греш постучал в дверь. Помахав командиру сапёрного отделения, он сказал:

— Проходи и закрой дверь, — он внимательно посмотрел на Луиса и добавил: — Ты сегодня не на дежурстве?

— Предполагалось, что буду, но Монти нет, и я подумал, что вам не помешает лишняя рука, — Луис пожал плечами. — Вы что-нибудь слышали от полиции Толанда?