— Знаешь… — начинаю я, наконец.

Он поворачивает ко мне голову, ожидая продолжения.

Я хмурюсь, подбирая слова. Разговор с Ричардом и мистером Пламли всё ещё гудит у меня в голове, как надоедливый комар. Я знаю, что должна поступить по-взрослому поговорить с Себом честно. Открыто сказать, что меня тревожит, и попросить объяснений. Потому что это — настоящие отношения, самые важные в моей жизни. И я не собираюсь снова идти по пути замалчивания, как это было с Адамом.

Себ заслуживает, чтобы я сражалась за нас. Даже если ответ будет не тот, который я хочу услышать.

— Знаешь, мой отчим был, в каком-то смысле… прав, — говорю я осторожно. — Всё ведь начиналось с расчёта. Мы оба получали выгоду от нашего союза. И в каком-то смысле всё ещё получаем, раз уж речь зашла о грин-карте…

Лицо Себа чуть кривится, будто мысль эта ему неприятна.

— Мне жаль, что всё началось именно так. Сейчас всё совсем по-другому.

— Если есть другой способ уладить документы… Я поддержу тебя, если так для тебя будет лучше, — произношу я тихо.

— А для меня лучше всего ты, Мэдди, — просто говорит он. Его рука крепче сжимает мою, и он бросает в мою сторону долгий, серьёзный взгляд. — Я колебался, потому что не хотел, чтобы это как-то навредило тебе. Но потом понял: мы ведь не врем на интервью. Это самые настоящие отношения. Я мог бы говорить о тебе часами.

Он усмехается.

— Меня потом не смогут заставить замолчать.

Я улыбаюсь в ответ, но мне всё ещё нужно знать одно.

— Мы затеяли всё это ради твоей хоккейной карьеры. Если это больше не лучший путь…

— Плевать. Ты мой приоритет. Я хочу быть с тобой. Доказать, что я здесь ради нас. Мы теперь команда. Это всегда риск, но и награда. И ты моя самая большая награда.

Его слова как бальзам. Они лечат все сомнения, которые во мне оставило прошлое.

— Команда, — шепчу я. — Лучшая команда.

— Именно. И хотя начало у нас было не самое романтичное, я благодарен ему. Оно привело меня к тебе.

— Я тоже. Всю жизнь я мечтала о сказочной свадьбе по любви. Но у моих родителей любовь давно уступила место удобству. А потом был Адам я любила его, но он ушёл к женщине, с которой мог построить карьеру.

Я пожимаю плечами.

— Ирония в том, что мы с тобой начали из удобства и закончили…

— …любовью, — мягко заканчивает Себ.

Я резко поворачиваю голову, глядя на него. Пока обрабатываю смысл его слов, понимаю: он едет не туда.

— Себ? Ты проехал наш поворот.

— Нет, не проехал.

Он смотрит на меня с загадочной улыбкой и ведёт машину в противоположную сторону от дома. Вскоре он притормаживает у…

— Ботанический сад Атланты? — удивлённо спрашиваю я. Ночью здесь проходит потрясающее рождественское световое шоу, но сейчас уже 10:30 вечера, и парковка почти пуста.

— Я знаю, что Рождество официально закончилось, но сезон-то ещё идёт. Хотел показать тебе огни.

Я широко улыбаюсь.

— Это так мило, Себ… Мне очень нравится идея. Но разве они не закрыты?

Он хитро улыбается.

— Для нас нет.

Я изумлённо смотрю на него, а он вдруг чуть смущается.

— Назовём это бонусом профессионального спорта. Иногда часы работы становятся немного гибкими, когда я хочу пригласить жену на свидание.

— Это безумие, — шепчу я, снова глядя на вход. Он смотрит на меня с той самой нежной улыбкой, будто я — самое ценное, что у него есть.

— Так что, ты согласна? Сходишь со мной на свидание, Мэдди?

— Конечно, да!

Он выходит из машины, обходит её, открывает мою дверь и подаёт мне руку.

— Прошу, мадам.

Мы проходим мимо охраны, и одинокий кассир открывает нам ворота. Я замечаю, как Себ вручает ему пакет, и почти уверена там подписанная майка.

Вот так живёт мой муж…

Мы входим в сад и словно попадаем в сказку. Над нами чёрное небо, а вокруг мерцание миллионов огоньков. Я держусь за руку Себа, прохожу с ним сквозь тоннель из света, по мосту, окантованному серебристыми гирляндами, и оказываюсь среди деревьев, украшенных светящимися каплями.

Это волшебно. И особенно потому что мы здесь вдвоём.

Себ вдруг останавливается, разворачивает меня лицом к себе и целует под светом огоньков. Это самый романтичный момент в моей жизни.

И в этот момент я понимаю: не имеет никакого значения, с чего всё началось. Потому что я люблю его всей душой. И верю, что он меня тоже.

Когда мы отстраняемся, оба едва дышим.

— Это свидание удовлетворяет ожидания дамы? — спрашивает Себ с приподнятой бровью.

— Превзошло всё, на что я надеялась, — отвечаю я, вставая на носочки, обвивая его шею руками. — Не верю, что ты всё это устроил после игры.

— Я решил это ещё после того, как Мал и Шанталь сорвали наш ужин. Понял, что никогда по-настоящему не водил свою жену на свидание. А это нужно было срочно исправлять.

В его голосе столько искренности, что у меня глаза наполняются слезами.