Официально улица не была перекрыта, но все знали, что здесь нельзя проезжать, пока не прекратится шум. Отсутствие пробок означало, что мы могли расположиться на дороге и иметь много места для игр.

По традиции мы устраивали собственное шоу фейерверков, соревнуясь с соседями, пока не наступало время городского представления. Затем мы зарывались в кресла и смотрели. С подъездной дорожки, ведущей к дому родителей, нам открывался великолепный вид на фейерверк, запускаемый на ярмарочной площади.

Наша очередь на улице подходила к концу, и я посмотрел на часы. До начала большого шоу оставалось всего пятнадцать минут.

— Может, нам пора заканчивать? — спросил Уокер, когда папа протянул мне свою зажигалку.

— Могу я помочь? — хором спросили мальчики.

— Не в этот раз, ребята. — Я встал рядом с Уокером. — Это для мужчин.

Колин плюхнулся на траву рядом с Куинн, а Эван подбежал и сел в свое красное мини-кресло рядом с мамой.

— Ты готов? — спросил Уокер.

Я усмехнулся.

— Как ты думаешь, сколько денег Джадд Франклин потратил в этом году?

Уокер приподнял брови и щелкнул зажигалкой.

— Недостаточно.

Мы любили Франклинов. Они были нашими соседями на протяжении десятилетий. Но раз в год у нас случалась война. В прошлом году Джадд отправился в резервацию за фейерверками, и, хотя у нас не было официальной системы судейства, мы все знали, что он победил. Но Джадд получил выговор, когда разнесся слух о его незаконных фейерверках, и в этом году он купил местные.

— Три на три? — спросил Уокер, указывая на шесть больших канистр, которые мы поставили отдельно от других.

— Звучит заманчиво. Давай сделаем это с разницей в семь секунд.

Уокер бросил высокомерный взгляд через улицу. Я помахал не менее дерзко. Затем мы выстроились в ряд у наших фейерверков и начали зажигать. К тому времени, как они были зажжены, первый был почти готов взорваться. Мы выбежали на лужайку, и я рухнул рядом с Колином и Куинн.

— Поехали. — Я посмотрел на ее профиль. — Не моргай.

Она улыбнулась, и в ее глазах заплясали розовые звездочки, заполнившие небо.

И вот так я наблюдал за финалом. Глядя не вверх, а на ее лицо. Я наблюдал, как синие, зеленые и красные огоньки отражались от ее кожи. Я наблюдал за искорками в ее глазах.

Еще два дня.

Она приходила каждый вечер после ужина. Какое-то время они с Колином играли на барабанах, а потом тусили, пока он не ложился спать. Потом она приходила ко мне. Каждое утро она уходила около пяти, и, хотя мы проводили ночь вместе, этого было недостаточно.

Еще два дня.

Потом она уедет.

— Мы определенно выиграли в этом году, да, пап? — спросил Колин, заставляя меня отвести взгляд от лица Куинн.

Я поднял руку, чтобы дать ему пять.

— Определенно.

— Отличное шоу, соседи. — Джадд помахал мне с противоположной стороны улицы.

— Мы знаем, Джадд, — самодовольно отозвался Брэдли.

Куинн хихикнула.

— Папа редко склонен к соперничеству, за исключением тех случаев, когда дело доходит до этого.

Брэдли вложил сто пятьдесят баксов в наш бюджет на фейерверки. Папа тоже.

— Я пойду перекушу. — Колин вскочил и подбежал к своему стулу рядом с Эваном, роясь в холодильнике, который мама приготовила для внуков. Он вытащил упаковку сока и пачку упаковок «Читос». Мы не брали здоровую пищу к фейерверкам.

Я поднялся с лужайки и протянул руку, чтобы помочь Куинн подняться.

— Хочешь остаться на главное шоу? Или хочешь улизнуть?

— Улизнуть, — ответила она без колебаний. — Как в старые добрые времена. А как же Колин?

— Он проведет ночь с мамой и папой.

— Где твой грузовик?

— В переулке.

— Все спланировано.

Я подмигнул.

— Как в старые добрые времена.

Никто не спросил, куда мы идем и что будем делать, когда мы рано попрощались — приятное отличие от допросов, которым нас подвергали в старших классах, когда мы оставались одни. Я обняла Колина, который был так поглощен своим перекусом, что едва заметил, как я пожелала ему спокойной ночи.

— Не волнуйся. — Мама поцеловала меня в щеку. — Мы за ним присмотрим.

— Спасибо, мам. Увидимся утром.

Когда я оглянулся, Куинн уже исчезла. Я помахал группе в последний раз, готовый отправиться на ее поиски, но пристальный взгляд Руби заставил меня остановиться.

На ее лице было беспокойство. Это выражение я часто видел в старших классах.

Но мы с Куинн уже не были слишком молоды. У нас было достаточно опыта, того, что она хотела, чтобы мы пережили. Отдельно.

Так в чем же причина такого беспокойства?

Руби моргнула, и это выражение исчезло. Она улыбнулась мне, прежде чем я повернулся и побежал вокруг дома, пересекая двор и направляясь в переулок.

Куинн натягивала куртку, стоя у моего грузовика.

— Так куда мы направляемся?

Я щелкнул замками и открыл ее дверь.

— Увидишь.