Он бережно спрятал открытку во внутренний карман куртки. Он обязательно вставит её в рамку и повесит на самом видном месте дома, что бы там ни говорила Эбигейл. Это было сокровище. Но сейчас… Он вопросительно вскинул бровь.

— Ну что, как насчет этого?

— Насчет чего? О… полета? — её глаза загорелись. — Я в восторге. Это… у меня нет слов, чтобы описать, как невероятно быть там, в небе, вместе с тобой.

— Хочешь еще?

Она подозрительно прищурилась.

— Мы ведь не собираемся идти следом за Опал и Хэнком «через минутку», верно?

— Верно.

— Обратно в твой коттедж?

— И не туда.

Он заставил её потомиться еще мгновение, а затем склонил голову и прижался губами к её шее.

— Сегодня нет метели, поэтому я решил отвести тебя в одно особенное место.

Эбигейл перевела взгляд с него на догорающие угли костра, затем на лунное небо — и снова на него.

— Мне и здесь кажется всё очень особенным.

— Я думал о чем-то более… сверкающем.

— Сверкающем?

Эбигейл моргнула, и Джаспер сдался.

— Моя сокровищница.

Он взял её за левую руку, чувствуя кольцо сквозь перчатку.

— Вся остальная часть. Я хочу, чтобы ты её увидела.

Глаза Эбигейл засияли.

— Там будет… как вчера ночью?

Она прикусила нижнюю губу, и Джаспер громко застонал.

— Боже, я на это очень надеюсь, — сказал он.

Эбигейл широко улыбнулась.

— Это далеко?

— Всего лишь недолгий полет.

К желанию на лице Эбигейл добавилось чистое, детское нетерпение.

— Тогда чего же мы ждем?

Глава 23

Эбигейл

Эбигейл восторженно вскрикнула, когда Джаспер приземлился на пятачок черной скалы на склоне горы. Как он и обещал, полет был недолгим. Достаточно коротким, чтобы ей захотелось еще, но достаточно долгим, чтобы пульс забился чаще. И если Джаспер не шутил насчет своей сокровищницы…

Желание разлилось внутри неё теплым, тягучим омутом.

Джаспер сменил облик. Эбигейл протянула ему одежду, и он взял её, но надевать не стал. Ухмыльнувшись ей через плечо, он подошел к огромному валуну, встроенному в склон горы. Размером с дверь, черный и гладкий, он таинственно блестел в лунном свете.

Луна ласкала и самого Джаспера, очерчивая сильные мышцы его спины и бедер, выделяя плечи и бицепсы, когда он поднял руку к камню. Он помедлил, оглянувшись на Эбигейл. В серебристом свете ночи всё казалось призрачным, но его глаза по-прежнему горели углями — красным и золотым. В этот миг в них читалась уязвимость.

— Я никогда никого сюда не приводил, — прошептал он.

Эбигейл подошла и взяла его за руки. Узы их связи запели, когда Джаспер провел большим пальцем по её кольцу.

— Покажи мне, — прошептала она. — Я хочу знать о тебе всё.

Он улыбнулся, снова поднял руку, и гора пришла в движение.

Золотые нити обвились вокруг краев каменной двери, словно корни, прорастающие из самого сердца горы. Они отодвинули валун, открывая вход в темную пещеру.

— Дамы вперед, — сказал Джаспер. Он сжал руку Эбигейл, и та нахмурилась.

Его улыбка была робкой. Он то и дело облизывал губы, а во взгляде всё еще таилась настороженность.

— Джаспер, я уже выбрала тебя, — произнесла она, положив ладонь ему на грудь. — Я люблю тебя. Я хочу провести с тобой всю оставшуюся жизнь. Тебе не нужно нервничать.

Джаспер глубоко вздохнул.

— Я знаю. Просто… — Он зажмурился и поморщился. — Сама увидишь.

Он повел её внутрь. Пещера оказалась гораздо глубже, чем казалось снаружи, она уходила в самое чрево горы. Эбигейл боялась оступиться в темноте, но как только последний луч лунного света исчез, вспыхнул другой свет. Стены пещеры были усеяны золотыми нитями, похожими на папоротник, и они — светились.

Эбигейл присмотрелась. Не папоротник; золото складывалось в узоры, напоминающие морозные кристаллы на окне.

— Это прекрасно, — пробормотала она.

— Да-а, — неуверенно отозвался Джаспер. — Это — прекрасно.

Эбигейл прищурилась. Интересно. В магическом золотом сиянии он уже не выглядел нервным. Скорее… смущенным?

«Чего может стесняться дракон?» — пронеслось у неё в голове.

Затем они повернули за угол, и она всё поняла.

Эбигейл ахнула. Она просто не смогла сдержаться. Сокровищница Джаспера была невероятной. Огромная каверна, заваленная горами золота и драгоценных камней. Предметы невообразимой ценности… и все они были выдержаны в одной тематике.

Она повернулась к своей паре с широко раскрытыми глазами.

— Джаспер…

— Я знаю, — он поморщился. — Тогда это казалось отличной идеей. Боже, как стыдно… это даже хуже того свитера…

Он закрыл лицо руками. Эбигейл не выдержала и расхохоталась, отчего он застонал еще громче.

— Джаспер, прекрати. — Она убрала его руки от лица и указала на груды сокровищ. — Это же… это чудесно. Не смей стыдиться.

— Но они же… — Джаспер скривился. Эбигейл ласково коснулась его щеки.

— Чудесные. Прекрасные. Джаспер, как я могла подумать что-то другое?