Джаспер оглядел внутреннее убранство ресторана.

— Только если ты смотришь на улицу, — сказал он, отмечая ряды праздничных венков на стенах.

— Поняла. — Эбигейл улыбнулась ему, и его сердце засияло. Это сработало. Всё будет хорошо. Он нашёл свою избранницу — и сохранит обе части своей души. Обе части себя. Ему не придётся ничем жертвовать. — Итак, что будешь заказывать?

Джаспер на секунду оторвал взгляд от неё, чтобы взглянуть в меню.

— Всё, — решил он.

***

— Это восхитительно. — Джаспер наколол ещё один поффертье — крошечный, маслянистый, пышный блинчик, посыпанный сахарной пудрой. Он поднял вилку. — Ты пробовала?

Эбигейл хихикнула с набитым ртом яблочного тарта. Она прикрыла рот рукой и проглотила, прежде чем ответить.

— О, всего штук двадцать. Пока что. Только за сегодняшний вечер.

Джаспер взмахнул вилкой с блинчиком умоляюще, и она закатила глаза.

— О, ну, раз ты настаиваешь…

Она опустила руку. Со вспыхнувшими щеками она открыла рот.

Её губы были красными и мягкими. Она облизала их, и они соблазнительно заблестели. Сердце Джаспера сжалось. Пять дней.

Он осторожно поднёс вилку к её губам и едва сдержал стон, когда она сняла крошечный блинчик с неё зубами. Она медленно прожевала его с закрытыми глазами, проглотила и снова облизала губы. О, Боже.

— Знаешь, — задумчиво сказала она, глядя на него из-под опущенных ресниц, — Думаю, это был самый лучший из всех. — она сделала паузу. — Он был последним?

— Боюсь, что да. — Джаспер оглядел стол. Они заказали всё из меню и не спеша съели каждый кусочек, но теперь ничего не осталось. Даже крошки.

Он поднял глаза на прекрасную женщину напротив, на Эбигейл. Она повесила своё пальто за дверью, и её изгибы были полностью открыты облегающему чёрному хэллоуинскому платью. Вырез опускался глубже, чем он считал бы уместным для рабочей одежды, и — О, Боже — несколько крупинок сахарной пудры упали на ложбинку между её грудями, словно лёгкая снежная пыль. Он вцепился руками в край стола, сопротивляясь желанию наклониться и слизать сахар.

Он не хотел, чтобы вечер заканчивался. Или, если уж на то пошло, он хотел, чтобы он закончился с Эбигейл в его объятиях.

Джаспер подавил искренний стон. Он не мог отвести её к себе домой. Их семейный домик был в нескольких часах езды, вверх по горной дороге, и… у него не было машины. Чёрт.

— Думаю, на этом всё. — голос Эбигейл дрогнул, словно она тоже не хотела, чтобы их свидание заканчивалось. Она взглянула на него, и её щёки порозовели.

Джаспер наклонился вперёд. Может, он и не сможет увести её в постель сегодня, но, по крайней мере, мог ясно дать понять свои намерения. Она так удивилась, когда он пригласил её, и ещё больше — когда он появился в конце её смены. Словно она не верила, что он будет там.

Ему нужно было дать ей понять, что он будет с ней каждую ночь до конца своей жизни.

Джаспер провёл одной рукой по столу к Эбигейл. Она взглянула на неё, удивлённая, а затем медленно протянула свою. Её пальцы неуверенно сомкнулись над его, и она посмотрела на него, с вопросом в глазах.

Она открыла рот и заколебалась. Джаспер ждал, пока она сглотнёт, её пальцы сжимаясь на его.

— Мне кажется, я жду, когда карета превратится в тыкву, — сказала она вполголоса, и между её бровей снова наметилась морщинка. — Всё это — напиток, ужин, настоящее свидание… Со мной такого никогда не происходило. — она прикусила губу и отвела взгляд, хмурясь на стол.

— Сейчас происходит, — мягко сказал Джаспер.

— Ты так говоришь, — пробормотала Эбигейл, — но мне всё ещё трудно в это поверить. — она посмотрела на него. — Всё это может быть какой-то лихорадочной галлюцинацией, вызванной переработкой. Может, я всё ещё стою за кассой в магазине и обслуживаю полуночных покупателей.

— А может, — начал Джаспер, проводя пальцем по сахарной пудре на тарелке от поффертье, — может, ты прямо здесь.

Он поднёс палец к её губам. Её глаза расширились от шока — а затем потемнели, зрачки расширились от желания. Она приоткрыла рот. Её губы заблестели, и она наклонилась вперёд, ровно настолько, чтобы кончиком языка коснуться пальца Джаспера.

Его мгновенно охватило такое желание, что было больно.

Эбигейл быстро откинулась назад, щёки пылали.

— Я… — она посмотрела на него и облизнула губы. В её глазах мелькнула внезапная дикая искра, а затем её сменило жгучее решимость. — Ты будешь занят… чем-то ещё… сегодня вечером?

Джаспер наклонился ещё дальше.

— Это ты скажи.

— Ооо... — губы Эбигейл приоткрылись. Она выглядела ошеломлённой — и затем её взгляд сосредоточился на нём. Он увидел момент, когда она приняла решение. — Ты не хотел бы, эм… Зайти ко мне? Это через дорогу?