— Ты, должно быть, жаждешь немного порошка, так как сейчас явно бредишь без него, — сказал я. — Неужели у тебя столько долгов, что никто не одолжит тебе даже на несколько жалких дорожек?

Она кивнула на свою сумочку на полу.

— У меня есть немного, можешь проверить, если хочешь. Но мне это не нужно. Я больше не буду принимать.

Я рассмеялся ей в лицо.

— Будто, черт возьми, ты не нуждаешься в этом. У тебя на лице написано «наркоманка». От тебя просто разит этим.

— Мне все равно, что ты думаешь. Думай, что хочешь.

Эта фраза разозлила меня гораздо сильнее, чем ее смех. Я прижал колено к ее киске так сильно, что знал — это будет больно.

— Всем плевать, что я думаю, — прорычал я. — Я — Люциан Морелли. Мое слово — Бог.

— Бог для меня ничего не значит, — всхлипнула она, извиваясь у моего колена, несмотря на боль. — Бог давным-давно отвернулся от меня.

— Только потому, что ты сама от себя отказалась. Всегда есть искупление, маленькая девочка, — ответил я, и эти слова прозвучали странно.

Ее удивление было искренним.

— Искупление? Вау. Я не считала тебя религиозным парнем.

Я еще крепче прижал колено к этой сладкой киске.

— Не религиозный, малышка. Благочестивый. Достаточно благочестивый, чтобы услышать твои грехи и доставить тебе спасение.

— Тебе понадобиться много времени, — ответила она. — Выслушивание моих грехов заняло бы целую жизнь. Будто ты когда-нибудь поймешь их.

Господи, как же мне хотелось этого. Я хотел услышать каждый из них, судя по ее участившемуся дыханию.

Спасибо, блядь, мои чувства вернулись ко мне в этот момент. Я снял напряжение, с проклятьем толкнув ее на пол.

— Забудь об этом. У меня нет для тебя и секунды, не говоря уже о целой жизни, — выплюнул я и присел на корточки рядом с ее разбросанными вещами. Заглянул в ее сумочку, запустив пальцы под подкладку, пока не нашел кокаин. Я сунул его в свой карман, пока она смотрела.

Чего она не заметила, так это того, как я заменил его маленьким предметом. Я в мгновение ока затолкнул трекер в подкладку так глубоко, что она никогда не найдет его без ножниц.

Я с ухмылкой поправил подкладку.

— Убедись, что больше не будешь торговаться за пингвина. Будь ответственной маленькой сучкой, по крайней мере, оставшуюся половину ночи.

— И это все? — спросила она. — Ты действительно собираешься украсть мой кокс и снова съебаться?

Я поправил свой дешевый галстук-бабочку и поднялся на ноги. Мое молчание было достаточным ответом, когда я уходил.

Я был уже вне поля ее зрения, когда достал из кармана телефон и запустил приложение для отслеживания. И был на стоянке, когда на экране появился первый сигнал о ее местонахождении.

Да. Идеально. Абсолютно, черт возьми, идеально. Именно так, как я планировал, и именно так, как я жаждал.

Хорошая сучка Константин была у меня под пальцем.

Глава 16

Илэйн

Я бы нюхнула новую порцию кокаина, если бы он не забрал его у меня. Дрожа, собрала свои вещи и направилась обратно в толпу людей в главном зале.

Люциан мог меня убить. И сейчас он снова мог меня убить. Так почему же не сделал этого? Почему не разорвал меня на части?

Когда я села за наш стол, Харриет была в своем репертуаре. Она одарила меня привычной поддерживающей улыбкой и притянула к себе.

— Ты отлично справляешься, — подбадривала она меня, но я чувствовала себя как угодно, только не отлично. Я чувствовала себя разбитым зеркалом — никчемная блондинка из семьи Константин, у которой не складываются отношения с остальными.

Казалось, Харриет не замечала страха в моих глазах, без сомнений, списывая мою дрожь на ломку и нечто другое.

А может, и нет.

— Видела, ты разговаривала с тем журналистом? — спросила она у меня с улыбкой на лице. — Я всего лишь шутила, сказав, что он похож на Люциана Морелли и ты можешь приударить за ним.

Я чуть не выдала ей всю правду, но вовремя остановилась.

— Знаю, что ты шутила, не переживай, — прошептала я. — Мне же нельзя ни за кем приударить: мама уничтожит этого человека еще до того, как я прикоснусь своими губами к его.

Харриет даже не стала спорить со мной: она знала, что я была права.

Ночь тянулась бесконечно. Теренс Кингсли исчез.

Я выпила еще много шампанского, но не почувствовала ни возбуждения, ни облегчения. Просто села в машину к своему водителю, когда было дозволено покинуть это дерьмовое представление. Решила ехать в свою квартиру в городе, смотря невидящим взглядом в окно машины, пока меня везли к дому, но в нашей поездке было нечто странное. По спине прошлась неприятная дрожь.

Складывалось такое ощущение, словно за мной наблюдали. Странная подсказка интуиции, когда понимаешь, что кто-то следит за тобой.

Я усмехнулась сама себе. Еще один побочный эффект ломки. Видимо, паранойя стала еще одним пунктом в списке.

Или, возможно, туда стоило добавить Братьев власти.