— Я подумал, началось землетрясение! — выдал тесть, наклоняясь к нам, разглядывая в упор и ища мое лицо под внушительным бюстом своей дочери.

Потом, не найдя, он оценил масштаб разрушений: повергнутое ложе нашей любви и его торчащие во все стороны из под простыни, которой Карин успела прикрыться, обломки деревянной кровати. Из их дорогого спального гарнитура начала XVIII века.

Каждый день, приезжая после работы, я однажды понял, что меня никто дома не ждет. Мне хотелось слышать банальные: «Привет, дорогой, я тебе рада! Наконец-то ты дома! Как прошел твой день?» или «Ура, папа, мы соскучились!»

Жена постоянно была чем-то занята или отсутствовала. Тогда и дочек я не находил в их комнатах.

На кухне меня не ждал ужин.

Впрочем, это не проблема. Молча ставил кастрюлю с водой на плиту и варил себе спагетти. Не потому, что я с ума схожу по длинному засушенному тесту в виде соответствующего цвета проводов или световых лучей. Такие ассоциации приходят первыми в мою всегда переполненную художественными образами голову.

Макароны, маульташены (от нем. Maultaschen), яйца, вареные или на сковороде — вот и весь список, из которого, словно по кругу, меняя меню, я сам себе готовил. Резал огурцы, салат. Лишь томаты не ем. Из-за проблем с желудком.

Охлаждение в отношениях случилось не в один день. Накапливалось.

Сначала днями.

Потом переросло в месяцы недомолвок.

А дальше годами терпелось.

В этом виноват, конечно, я.

А еще - Карин.

Если после рождения Сибилле, она оставалась хотя бы наполовину, чем раньше, ласковой и внимательной ко мне, то после появления Софи, она совсем забыла о существовании Манфреда, как особи мужского пола. К тому же вторые роды прибавили к ее фигуре примерно двадцать пять килограммов. Общий результат составил рекордных сто пятнадцать кг.

Оговорюсь, Карин и до замужества имела пышные формы. При этом никогда не заморачивалась на здоровом питании и диетах.

Я купил два годовых абонемента в фитнес-студию, расположенную недалеко от нашего дома. Быстрая ходьба пешком туда служила полезным разогревом перед основным тренингом. Но Карин, прозанимавшись в паре с ленцой и со мной две с половиной недели, до начала ее периода, сославшись сначала на недомогания, а затем совсем забросила идею самосовершенствования! Отметала на старте все разговоры о здоровом образе жизни. Как и посещение фитнеса.

— Я себе нравлюсь такой, какая есть! Почему я должна подстраиваться под твои желания? Ты же куришь свои сигары, слушаешь без конца саксофон, джаз и блюз, а я мирюсь с этими твоими привычками!

Спасибо, что хоть не добавила: «Вредными»! Это был ее аргумент, когда я в очередной раз намекнул ей на «немного» завышенный вес!

Ладно, признаюсь!

Однажды, во время секса, когда мы остались ночевать в гостевой спальне в доме у родителей жены, Карин как-то активно проявила себя в позе сверху. Наклонившись ко мне и двигаясь, словно хотела вбить меня в матрас, жена держалась за спинку кровати.

В один момент эта часть мебели оказалась у нее в руках и накрыла меня, больно ударив по лицу и сломав нос, а ее стукнула в лоб.

Вся кровать с грохотом провалилась под нами и сложилась на полу. Мы остались в провале между двумя матрасами и торчащими досками решеток. Я внизу, а потные 115 кг моей партнерши по сексу на мне. Добавлю, что и я и она накануне плотно поужинали...

На шум сбежались все. Даже Габи — пожилая помощница по хозяйству и кухарка в одном лице стояла в дверях с широко открытыми глазами, одетая в ночную фланелевую сорочку, застегнутую до подбородка, с экстравагантным для ее возраста рисунком милых мультяшных паровозов с раскосыми удивленными глазами под пушистыми ресницами, вертолетами с усами, и другими необычно очеловеченными транспортными средствами, рассматривать которые мог бы с интересом любой малыш до 3-4 лет с адекватной фантазией. Не старше.

Я лично наблюдал, лишь одним незакрытым грудью Карин глазом.

И еле-еле оторвался от начавшегося у меня полета творческой мысли, не к месту соображая, как можно применить в работе сие безобразие и поползновение на художественный вкус, чтобы хитро и вероломно сломить бабла с сумасшедшей идеи за креатив детсадовского пошиба!

Резко усилившаяся боль от сломанной кости в носу перечеркнула все и сразу, заставив мозг настроиться более серьезно на сиюминутную ситуацию.

Спальня тестя и тещи находится на первом этаже дома, под нашей. Время — за полночь. Не услышать нас мог только глухой.

— Я подумал, началось землетрясение! — выдал тесть озабоченно, наклоняясь к нам, разглядывая в упор и ища мое лицо под внушительным бюстом своей дочери.

Потом, не найдя, он оценил масштаб разрушений: повергнутое ложе нашей любви и его торчащие во все стороны, из-под простыни, которой Карин успела прикрыться, обломки деревянной кровати. Из их дорогого спального гарнитура начала XVIII века.