Кровосвязыватель осторожно приближался, обходя волка, отслеживавшего каждое движение. Позади шёл мужчина в маске, который толкнул низенького коренастого пленника за мерцающую преграду.
Тот упал со стоном, но, взглянув на меня, нахмурился и вскочил.
— Зачем делить с ней пещеру?
— О, проводить в королевские покои?
Прежний стражник громко усмехнулся и подмигнул мне.
— Не волнуйся. Не укусит. Почти.
Я посмотрела на кровосвязывателя.
— Или сними печать — и больше мне ничего от тебя не понадобится.
— Уже говорил. Нельзя снять.
— Говорил под властью жестокой женщины, — возразила я. — Она мертва, если пропустил.
— Не может умереть. Проклята!
— Тогда поверь той, кто видел пещеры: наверняка мечтает о смерти.
— Даже если бы мог помочь…
Он поднял запястья с медными оковами.
— Бессилен, как ты.
Отвернулся, провёл рукой по барьеру.
С другой стороны раздалось рычание. Волк оскалился, и мужчина попятился ко мне.
Я изучала его в затянувшейся тишине, обдумывая подход. К счастью, упрямые мужчины были знакомы. По опыту я знала: лучше всего на них действует, когда их выводят из себя.
— Собирался отдать меня магам, — сказала. — За что? Жалкую горстку монет?
Как и ожидала, он зло оглянулся, явно оскорблённый.
— Ради нашего мира. Одна смертная в жертву для спасения тысяч аэтирийцев — довольно бескорыстно, по-моему.
Я горько рассмеялась.
— Не обманывай себя, маленький человек. Ты ужасен.
— А ты несносна!
Он обошёл костёр к задней стене, будто ища выход.
Движение сбоку привлекло внимание к крошечному щенку, трусившему ко мне. Лапы слишком большие для тела; серебряные глаза почти сияли в полумраке. Несомненно, волчонок. Я подняла взгляд к зверю у входа: тот выглядел спокойным, смотрел в сторону.
Прежде чем я успела его остановить, скорпион бросился к малышу, подняв жало для атаки.
Щенок замер, пригнулся и зарычал на приближавшегося скорпиона. Предупреждение привлекло взрослого волка, который повернулся.
— Подожди!
Я выставила руку к скорпиону, словно могла управлять проклятым существом. Но он повернулся ко мне, затем метнулся обратно к моему боку.
Странно.
Щенок понюхал воздух. Я взглянула на поднос на земле. Вспомнив собаку мисс Примсли, умершую от слишком большого количества винограда, быстро подняла еду, пока он не добрался.
Словно разочарованный, малыш сел и тихо заскулил. Я снова посмотрела на взрослого волка, который наблюдал от входа. Между его ног неловко протопал ещё щенок и прошёл сквозь невидимый барьер.
Следом ещё трое. Все собрались передо мной, вежливо уселись у ног, явно ожидая угощения.
— Прекрасно, — сказал кровосвязыватель позади. — В плену будем няньками.
Я увидела его у высокого валуна, со скрещёнными руками.
— Лучше прежней тюрьмы, не считаешь?
Он проворчал, поправляя монокль.
— Должно быть, снаружи мать. Самцы охраняют периметр.
Щенки сидели, тонко поскуливая, словно теряя терпение.
Мать следила. Пристальные глаза почти горели предупреждением.
— Позволит накормить мясом?
— Уверен, с удовольствием посмотрела бы, как заодно съедят нас.
Держа поднос вне досягаемости, я бросила несколько маленьких кусочков. Щенки полезли друг по другу, не подпуская, похоже, самого слабого. Он ходил по краю, не в силах протиснуться между братьями и сёстрами. Когда я предложила бедняге мясо, тот проглотил раньше, чем остальные успели налететь.
Один щенок потянул зубами подол, другой прыгнул ему на хвост. Первый отпустил платье, чтобы побороться с дерзким собратом. Они рычали, катались по полу. Скорпион поднял клешни, пробираясь между ними и избегая щёлкающих челюстей.
Стоило мне попытаться обойти их, оба потеряли друг к другу интерес и снова бросились к подолу.
Огромная тень предупредила, что взрослый волк входит. Я застыла. Щенки дёргали платье рывками.
Скорпион рванулся к ней, подняв жало.
— Теперь мы еда, — сказал позади кровосвязыватель, с лёгкой дрожью.
— Что делать?
— Предложи детям ещё мяса. Покажи, что не навредишь.
Дрожащими пальцами я собрала несколько кусочков. Щенки опять послушно сели.
— Подожди. Сама откуси, покажи, что не отравлено.
— Я уже дала им.
— Просто сделай!
Глядя на волчицу, я откусила, проглотила и подняла мясо, показывая. Умные глаза следили за каждым движением. Не чувствуя враждебности, я осторожно бросила кусочки щенкам. Они жадно съели, затем снова сели и терпеливо ждали.
Малыши подрались за ещё несколько кусочков на полу. Большая волчица прошла к стене, устроилась там. Наблюдала из угла.
Вошёл второй взрослый волк, ржаво-коричневый. Губы оттянулись, обнажая такие длинные резцы, что они сошли бы за бивни.
Мышцы застыли при мысли, как зубы легко разорвут меня.
— Сейчас бы пригодился хлыст, — прошептала через плечо.