» Фантастика » » Читать онлайн
Страница 25 из 26 Настройки

Усталые драгуны, свернув с большого Смоленского тракта, пошли малым просёлком мимо околицы на юг. Через пару вёрст хода впереди блеснула россыпь костров.

– Правее приняли! – послышалось с головы. – Осторожней заезжай! Оглядывайся!

По обеим сторонам дороги раскинулся военный лагерь. На огне готовилась нехитрая солдатская снедь, а рядом на растянутых попонах лежали люди.

– Здорова, «киевляне»! – крикнул от придорожного костра гусар с дымящейся трубкой в зубах. По наброшенному на плечо коричневому ментику и жёлтому воротнику в нем сразу признали ахтырца. – Чай, от самого Гжатска без продыху прете? Сворачивай правее к пруду, там для ваших коней еще осталось местечко, пока другие не набежали!

– И вам не хворать, Ахтырка! – отозвался кавалерист из передних рядов. – Насчет места глядите у нас: коли обманули – потесним! Нам бы коней до воды довести, а там хоть к чёрту в пекло. Начальству виднее, куды полк вести. Наше дело солдатское – куда пошлют, туда и скачи.

Ахтырец у костра только хмыкнул в усы и затянулся трубкой.

Полк свернул с просёлка и пошел вправо, спускаясь в низину. Августовский зной к вечеру так и не спал. Густой, раскаленный воздух стоял неподвижно, пах горькой полынью, сухой пылью и конским потом. Сукно мундиров насквозь промокло, а плечи ныли под жесткими ремнями портупей. Но едва из темноты потянуло озёрной прохладой, измученные жаждой кони запрядали ушами, шумно захрапели и сами, без понукания, прибавили ход. Всадники едва успели подобрать поводья, чувствуя, как под ними оживились, почуяв близость воды, уставшие за день животные.

– По-о-олк, сто-о-ой! – раскатисто пронеслось из темноты от головы колонны, и команда эхом покатилась назад по рядам. Следом, перекрывая глухой гул голосов и фырканье коней, зазвучали новые приказы: – Спешиться! Лагерь разбивай! Коней напоить и обиходить!

Драгуны дружно посыпались из седел. Раздался перестук копыт, звяканье палашей и глухой топот сотен сапог.

Тимофей тяжело спрыгнул на землю. Затекшие ноги на мгновение подогнулись, но он удержался, ухватившись за луку.

– Ну что, брат, дошагали? – негромко пробормотал поручик, ласково похлопав по горячей шее Янтаря.

Конь тяжело вздохнул, ткнулся мордой в плечо хозяина и нетерпеливо переступил копытами.

– Сейчас, сейчас, Янтарёк, – произнёс Гончаров, оглядываясь. – Ваня! Марк! Лёня! – перекрывая шум, гаркнул он в темноту, где кучковался его взвод. – Артельных готовщиков на кострах оставляем, пускай запаливают! Всех остальных – на водопой! Потом коней окупнём, покормим из сакв – и сами на передых!

Унтера отозвались из темноты, и посыпались их указания для отделений. Готовщики, отдав коней товарищам, поспешили за дровами к перелеску, а Тимофей подхватил Янтаря под уздцы и вместе с остальными потопал вниз, к пологому берегу пруда, где в темной воде уже дрожали багровые отсветы костров.

Там, у самого уреза воды, кавалерийские кони пили жадно, с шумом и захлебом. В черном зеркале пруда дрожали и ломались багровые отражения бивачных огней. Люди стояли молча, ослабив поводья; слышно было лишь это мерное, истовое лошадиное питье да тяжелые вздохи усталых животных.

Тимофей, чувствуя, как мелко дрожит от дневного зноя золотистый бок Янтаря, слегка подтянул повод, не позволяя разгоряченному коню заходить в холодную воду глубоко.

Чуть поодаль, у зарослей камыша, возился со своей кобылой драгун Клоков.

– Вот же натерпелась скотинка, – негромко приговаривал он, поглаживая Забаву по мокрой шее, пока та ловила губами озерную прохладу. – Ну да, по такой жаре цельный день скакать – и человек-то сомлеет, а им-то ещё на себе нас везти. Пей, пей, Забавушка, пей, лапушка. Сейчас я тебя еще скупну маненько и почищу.

Семён выудил из сумы скребницу и жесткую щетку. Зачерпнув ладонями воду, облил бок кобыле и начал размашисто, с тщанием счищать присохшую дорожную пыль, смешанную с соленым потом. Животное блаженно замерло, подняв морду.

Тимофей, посмотрев на эту картину, понимающе усмехнулся и сам потянулся к сумке.

Вокруг, в темноте, шумно фыркали сотни коней, мерно переступая копытами по вязкой прибрежной тине и плеская водой. От пруда наконец-то потянуло ночной прохладой, которая хоть немного облегчала удушливый августовский зной. Окатив бока и спину Янтаря, поручик бережно, стараясь обходить набитые под седлом места, принялся за чистку.

Напоив и накормив коней, их стреножили и выпустили пастись в полковом табуне под охраной нестроевых.

– Тимофей, с твоего взвода пятерых в караул, – распорядился Копорский. – Уловский, восьмерых драгунов дашь, и одного унтера. Пусть он их к главному квартирмейстеру сам отведёт. Антон Фёдорович обещал всех наших в первую смену поставить, так что пусть уже идут, не задерживаются. Всем остальным отдыхать, завтра денёк тот ещё будет, не скучней прежних.