Женщина оставалась безмолвной и неподвижной. Ее волосы — короткие и каштановые — были растрепаны и неряшливы, что резко контрастировало с ее безупречно чистой больничной сорочкой.
Алиса сглотнула и обошла женщину, держась от нее на расстоянии нескольких футов.
— Мисс? — спросила она, встав перед незнакомкой. Алиса замерла, когда лицо женщины попало в поле ее зрения. Алиса нахмурилась; она не была уверена в том, на что смотрит.
Женщина не могла быть старше Алисы больше, чем на пару лет. У нее было миловидное лицо, но его выражение было расслабленным, а глаза — закрыты. Ее кожа была настолько бледной, что казалась почти полупрозрачной — словно солнечный свет не касался ее годами. Теперь, когда Алиса оказалась близко, она могла сказать, что женщина, на самом деле, двигалась. Грудь женщины вздымалась и опускалась в такт ее дыханию, которое было настолько поверхностным, что казалось почти незаметным, а ее глаза быстро бегали под закрытыми веками.
Она видит сон.
Алиса обернулась, внезапно осознав, что неподалеку в тумане вырисовываются и другие фигуры, все такие же неподвижные и безмолвные, как эта женщина.
Кровь отхлынула от лица Алисы. Она продолжила идти, стараясь держаться от безмолвных фигур на максимальном расстоянии, при котором ей не пришлось бы снова лезть в болотную воду. Все было таким неподвижным, таким тихим, таким жутким; ей казалось, что она идет по кладбищу посреди ночи. Все фигуры — и люди, и инопланетяне — были одеты в одинаковые сорочки, и все они, казалось, спали стоя.
Она не переставала смотреть по сторонам на ходу, не в силах отделаться от чувства, что ей не следовало здесь находиться, что ей здесь не место, что это место не предназначено для бодрствующих, для осознающих.
Ее взгляд зацепился за одну из фигур впереди, отделенную от нее поваленным деревом и свисающими прядями мха; было что-то знакомое в этой высокой, худощавой фигуре. Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, она двинулась к ней. Детали фигуры проступили из тумана — мужчина стоял к ней спиной, но она ясно различала его черные с проседью, взлохмаченные волосы, длинные кошачьи уши и короткую черную шерсть на шее и руках.
Неужели это… Тень?
Алиса подошла к поваленному бревну и положила на него руку. Кора впилась ей в ладонь, когда она подняла ногу, чтобы перелезть.
Мужчина был одет в такую же больничную сорочку, как и все остальные. Из-под нее свешивался длинный хвост, покрытый черной шерстью.
— Тень?
— Тебе не следует здесь бродить, Алиса, — произнес Тень — прямо у нее за спиной.
Алиса вскрикнула, потеряла равновесие и повалилась вперед через бревно. Кора ободрала ей голени и колени.
Сильная рука Тени сомкнулась на ее правом бицепсе, остановив падение, и он осторожно потянул ее обратно к себе. Он прижал ее к своей груди, развернув в сторону от загадочной фигуры, и она уперлась ладонями в мягкую, шелковистую ткань его жилета.
С колотящимся сердцем и сбившимся дыханием Алиса откинула голову назад и посмотрела в веселое лицо Тени. Цилиндр Шляпника красовался у него на макушке, залихватски сдвинутый набок.
— Ты меня напугал, Тень!
Один уголок его ухмылки пополз вверх.
— Ты выглядела напуганной задолго до того, как я заговорил.
Она толкнула его в грудь, но он крепко удерживал ее на месте.
— А еще ты меня бросил.
— Нет, не бросал.
— Бросил. Я была одна с самого пробуждения.
— Я был с тобой все это время, Алиса.
— Хочешь сказать… ты шел за мной?
— Ну, было бы глупо позволить тебе бродить в одиночку, не так ли?
Алиса не стала задумываться о возможных последствиях, не стала делать паузу, чтобы подумать, как он отреагирует или насколько он силен, она просто поддалась вспыхнувшему в груди гневу; она сжала кулак и изо всех сил ударила его в плечо.
Тень тихо крякнул и слегка покачнулся назад; она двинулась вместе с ним, благодаря его непреклонной хватке.
Она сердито уставилась на него снизу вверх.
— Я звала тебя, а ты просто игнорировал меня! Ты позволил мне думать, что ты меня бросил.
— Не вижу, каким образом я в ответе за то, что ты там думаешь или не думаешь. То, что происходит в твоей голове, — не моя вина.
Алиса сжала губы; слезы ярости и обиды навернулись на ее глаза. Она снова оттолкнулась от его груди, пытаясь вырваться.
— Отпусти меня.
Его ухмылка стала шире.
— Теперь ты хочешь побыть одна?
Тревога затрепетала в животе Алисы; вот он, переломный момент. Он ее не отпустит, а потом сделает с ней что-то, что-то плохое, он причинит ей боль…
Но Тень все же отпустил ее, отступив назад и оставив руку на ее предплечье ровно до тех пор, пока она не восстановила равновесие, после чего полностью разорвал с ней физический контакт. Он отвесил глубокий поклон, сняв шляпу с головы.