Было ли это связано с причудами этого виртуального мира или с чем-то внутри самой Алисы, но ее тело бурно реагировало каждый раз, когда Тень прикасался к ней. Если она продолжит путешествовать с ним, как долго она сможет ему сопротивляться? Как скоро желание пересилит ее здравый смысл, и она сдастся?
Его вчерашние слова всплыли в памяти.
Поиграй в эту игру немного. Получи удовольствие, пока ты здесь.
Разве было неправильно искать хорошее в плохой ситуации? В реальном мире она никогда не потакала подобным порывам — она любила отца и всегда избегала всего, что могло бы вызвать скандал и запятнать их фамилию сильнее, чем это уже сделала ее мать. Но здесь…
Что бы ни произошло в этой симуляции, это не повлечет за собой никаких последствий, никак не отразится на мире снаружи. Никто никогда не узнает. Не будет никаких последствий, если она…
Алиса резко мотнула головой.
Мне нужно найти выход отсюда. Прежде чем я поддамся искушению.
И, о да, она испытывала жестокое искушение, когда дело касалось Тени, несмотря на его инопланетное происхождение.
Ее путь через лес был одиноким и тихим. Гигантские листья и цветы время от времени шуршали, словно сквозь них что-то пробиралось, но Алиса так и не увидела никакой живности — хотя чувство, что за ней наблюдают, не отступало.
Она прошла мимо бесчисленного множества деревьев; вскоре, все они стали казаться одинаковыми. Ее опасения, что она ходит кругами, смягчались лишь разнообразием расцветок цветов — отличить их друг от друга было куда проще, чем деревья, и они были достаточно разными, чтобы подсказать ей, что она не блуждает по бесконечной петле.
Лес был пронизан противоречивой атмосферой тревоги и безмятежности. Свет, проникающий сквозь гигантские листья высоко над головой, в сочетании с запахом живых, пышных растений и звонким, беззаботным пением птиц создавали умиротворяющую обстановку, но, как и все в этой симуляции, все это было каким-то неправильным.
Она не могла не задаваться вопросом, было ли это место создано для того, чтобы облегчать психические расстройства пациентов, или же чтобы питать их.
Спустя, как ей показалось, очень долгое время — за которое она, судя по всему, отошла лишь на несколько сотен футов от отправной точки, — она заметила, что между деревьями начал сгущаться туман. Золотистый солнечный свет сменился однородным серым, и ее тревога усилилась, окрасившись необъяснимым чувством потери и печали.
Это не по-настоящему, — напомнила она себе, продолжая идти вперед.
Теперь с деревьев свисали клочья обвисшего мха, а гигантские цветы и подлесок, доминировавшие в остальной части леса, уступили место цепким лианам. Деревья становились все тоньше, многие из них стояли почти идеально прямо и без единой ветки на нижних двадцати или тридцати футах, их кора была тусклой и серой под слоем мха.
Видимость ухудшалась по мере того, как туман становился все гуще. Медленно ползущие клочья тумана соединяли более крупные, непроницаемые участки, из-за чего Алисе казалось, что она идет сквозь облака — по крайней мере, до тех пор, пока ее нога не опустилась в воду по колено и не погрузилась по щиколотку в мягкую, засасывающую грязь. Холодная, чавкающая грязь казалась уж больно настоящей для симуляции.
Она сморщила нос и, как раз, пыталась вытащить ногу из грязи, когда подняла взгляд и заметила что-то в тумане — темный человеческий силуэт.
— Тень? — Голос Алисы прозвучал надломлено и слабо. Внутри нее свернулся страх, более ледяной, чем туман, ласкающий ее кожу, и вода у ее ног.
Фигура не шелохнулась.
Должно быть, это какой-нибудь странный пень или дерево, силуэт которого исказил туман.
Сжав губы, Алиса продолжила путь; ее взгляд постоянно метался между фигурой впереди и водой внизу. Туман отступал от нее по мере ее продвижения, оставляя вокруг крошечный барьер чистого воздуха, которого едва хватало, чтобы разглядеть мутную воду, по которой она брела; дна не было видно из-за поднятого ею ила. Она двигалась медленно, нащупывая пальцами ног такой путь, чтобы не увязнуть в грязи по пояс или не погрузиться в воду по самые глаза.
По мере того, как Алиса приближалась к фигуре, ее очертания становились все более четкими — это была женщина, человеческая женщина, стоящая к ней спиной и совершенно неподвижная.
Алиса едва не вздохнула с облегчением, когда наконец добралась до твердой земли. Она смыла грязь с ног, выходя из воды, и направилась к женщине.
На женщине была бледно-зеленая больничная сорочка с завязками на спине; материал был удивительно чистым, несмотря на грязное болото, в котором она стояла.
В памяти Алисы вспыхнуло воспоминание о ее прибытии в лечебницу; хотя образы были размытыми, она помнила, как ее одели во что-то очень похожее на больничную сорочку этой женщины.
Я была одета в то же самое, когда проснулась.
Она чуть было не забыла о своей больничной сорочке, и это вызвало волну паники. Что еще она забыла с тех пор, как попала сюда? Что еще она забудет, пока находится в ловушке этой симуляции?
— Эй? — тихо сказала Алиса. — Я… я заблудилась. Вы не могли бы… подсказать мне правильное направление?