Внезапно дверь в комнату с грохотом распахнулась и ударилась о стену. Лекарь испуганно вздрогнул. На пороге застыла зловещая фигура взбешённой виконтессы, за спиной которой стояла заплаканная Элиза и целая толпа служанок.

— Алита Дагмара! — зло прошипела мачеха и ткнула в падчерицу указательным пальцем. — Ты… ты убийца! Бессердечная тварь! Вивиан только что пришла в себя и все нам рассказала! Ты посмела подло столкнуть ее с утеса! В ее теле не осталось ни одной целой косточки, а лицо навечно изуродовано. Что эта бедная девочка сделала, что ты так ее ненавидишь?

Мысленно усмехнувшись, Алита медленно поднялась с кровати, демонстрируя присутствующим свое скрытое повязкой лицо, окровавленные руки и испачканное платье. Служанки испуганно отпрянули, в то время как сама виконтесса растерянно захлопала глазами.

Ей не успели доложить о том, что Алита тоже упала со скалы. И о ее ранах она ничего не знала. Услышав только одну точку зрения, Хлоя тут же взбесилась и ринулась расправляться с падчерицей.

— Вивиан... действительно сказала, что это я ее толкнула? — со слезами на глазах обиженно протянула девушка. – Как вы могли ей поверить, матушка? Это все ее вина. Позвала полюбоваться видом с утеса, а затем ударила меня в спину. Потом, видимо, не удержалась и тоже полетела вниз. Как вы можете меня обвинять? Только поглядите, что она со мной сделала?

— Ложь! Бессовестная ложь! — закричала не желающая отступать виконтесса. Такая удача упала ей в руки – шанс быстро расправиться с этой глупой мерзавкой. Как она может его упустить? — Откуда мне знать, как сильно ты ранена? Может, это всего лишь царапины? Сними сейчас же эту дурацкую повязку и докажи, если не врешь!

— У Вивиан вы тоже просили доказательств, матушка? — дрожащим голосом воскликнула Алита. — Почему ее слово ценнее моего? Это я – настоящая жертва.

— Алита, сестренка, не перечь матушке, — раздался из-за спины Хлои полный притворных слез голос ее драгоценной дочери. — Бедняжка Вивиан лучше всех к тебе относилась. За что ты так с ней?

Глава 13. Уличная крыса

В комнате повисла тишина — густая, почти осязаемая. Все присутствующие затаили дыхание, ожидая развязки. Впервые виконтесса позволила себе так открыто выступить против законной дочери мужа. Показав настоящее отношение — без притворной учтивости и холодных улыбок — она ясно дала понять, что больше не боится стоящего за спиной девушки генеральского рода Боше.

Со стороны могло показаться, будто Хлоя Дагмара просто не выдержала: страдания любимой племянницы лишили женщину самообладания, и она сорвалась. Единицы, включая саму Алиту, знали правду. Виконтессе было плевать на всех, кроме собственной дочери и их с ней благополучия.

Состояние Вивиан стало для нее лишь удобным предлогом выставить падчерицу жестокой убийцей, чтобы в дальнейшем было легче от нее избавиться.

Девчонка уже восемь лет мозолила глаза, постоянно напоминая Хлое о ее второстепенной роли в жизни виконта Дагмара. Вынужденная скрываться любовница, родившая без брака падшая женщина. Одно случайное слово — и её так долго лелеемой репутации придет конец.

Холодный взгляд Алиты скользнул по продолжавшей тихонько всхлипывать сводной сестре. Девушка мысленно усмехнулась.

До чего же двуличная змея. Она специально, еще на месте происшествия, продемонстрировала Элизе свое испачканное кровью лицо, чтобы убедить в серьезности ее ранений. Но та не сказала своей матушке ни слова. Наоборот — подначивала ее сорвать с падчерицы лечебные повязки. И все ради одного: еще раз насладиться ее уродством.

— Сестра не видела, что произошло, но уже вынесла мне приговор? — невинно захлопала глазами Алита.

Элиза резко замолчала. Признать слова Алиты — значило выставить себя предвзятой. В личной перепалке она могла позволить себе многое, но сейчас в комнате находился посторонний — похоже, лекарь. Стоит ему сказать хоть слово, по столице разлетятся слухи: приемная дочь виконта Дагмара притесняет свою младшую сестру.

Выйдя из-за спины матери, Элиза сделала несколько изящных шагов и остановилась напротив Алиты.

— Бедная младшая сестрица… вся в крови… — с притворным сочувствием вздохнула она. — Позволь, я помогу тебе сменить эту ужасную тряпку. Она такая грязная, тебе нужно обработать раны…

Элиза потянулась к лицу Алиты. Ее пальцы с длинными ногтями напоминали острые когти хищной птицы. Намереваясь грубо сорвать с нее повязку, девушка была уверена: даже если шрамы сестры незначительные, любое неловкое движение может помешать их заживлению, и эта мерзавка навсегда останется обезображенной.

Алита не отпрянула, но её взгляд стал ещё холоднее, почти ледяным.

Под повязкой — лишь засохшие, тёмные разводы крови, которые при ближайшем рассмотрении будут выглядеть неестественно. Стоит приглядеться — и все станет ясно…

Внезапно между девушками вклинился пожилой мужчина. Закрыв своей спиной Алиту, он яростно замахал руками.