— Я сегодня встретила Викторию. Хотя мы уже были знакомы — виделись в больнице, когда я обновляла программное обеспечение на браслетах для мониторинга, — признаюсь я, потому что хочу избавиться от тяжести в груди из-за того, что сама обозначила статус наших отношений, не обсудив это с ним. — Я сказала ей, что я твоя девушка, и прости, если я слишком...
Его губы обрушиваются на мои прежде, чем я успеваю закончить.
— Я рад, что ты ей так сказала.
Он произносит эти слова прямо у моих губ, и я не могу сдержать улыбку. Не просто улыбку — она идет откуда-то из самой глубины, потому что то, что происходит между нами, существует не только у меня в голове. Он показывает мне это, доказывает каждым своим движением.
— Я догадался, что вы уже встречались, — говорит он, улыбаясь у моих губ.
Я вопросительно смотрю на него, и он поясняет.
— Когда Горан позвонил и сказал, что не может ее найти, я приехал в больницу, подошел к ней и почувствовал запах цветов. Виктория всегда пахнет сахарным печеньем, никогда — цветами. Потом я познакомился с тобой, и однажды на тебе были те же духи, — рассказывает он так просто, будто в этом нет ничего особенного.
— Ты настолько легко различаешь духи? — это единственное, что сейчас способен выдать мой мозг.
— Твои духи? Всегда, — отвечает он, проводя носом у основания моей шеи.
А ведь сейчас на мне всего лишь пробник духов, который я наспех бросила в сумку.
— Пойдем в дом, ты здесь замерзнешь. К тому же у меня для тебя сюрприз, — говорит он, когда я наконец отпускаю его и мы направляемся к дому.
— Мне кажется, Порто не очень-то меня любит, — говорю я, пока его рука обвивает мою талию и притягивает меня ближе.
— Ты тут ни при чем. Я забрал его у человека, который устраивал незаконные собачьи бои, и он до сих пор восстанавливается после пережитой травмы. Но он хороший пес и очень хорошо поддается дрессировке.
У меня сжимается сердце. Я не могу осознать, через какие мучения проходят эти животные и как кто-то вообще способен платить деньги за то, чтобы смотреть на такое.
— А что стало с остальными собаками?
Я не хочу даже думать об этом, но слова срываются с языка прежде, чем я успеваю остановиться.
— У меня есть два приюта за городом, где за ними постоянно ухаживают и обеспечивают всем необходимым. Там есть территория, и это безопасное место, где они могут наслаждаться свободой, не рискуя попасть не в те руки, даже если выберутся за ограждение и их не сразу заметят.
Мое сердце просто не выдержит этого мужчину.
— Мы можем поговорить перед ужином? — спрашиваю я, потому что с самого утра меня гложут некоторые вещи, и я больше не могу их избегать.
— Конечно, но сначала посмотрим на твой сюрприз.
Роман берет меня за руку и ведет наверх, в свою спальню. От одного ощущения его рядом бабочки в моем животе сходят с ума. Будто я открыла клетку, в которой все это время держала их взаперти, и теперь они вырвались на свободу. Меня до дрожи радует мысль, что я могу касаться этого мужчины когда захочу и как захочу, больше не испытывая чувства вины.
У меня все еще бывают моменты, когда меня тревожит тот факт, что он связан с мафией, но после каждого мгновения, проведенного в его доме среди людей, о которых он заботится, мне становится все легче принять эту ситуацию.
У этого мужчины есть два приюта для собак. Мое сердце сейчас взорвется, клянусь.
Когда он открывает дверь спальни и я захожу внутрь, он ведет меня в гардеробную, где я резко останавливаюсь посреди комнаты.
Прямо передо мной стоит стеллаж с квадратными ячейками, полностью заполненными духами.
Самыми разными духами.
Мой взгляд скользит по розовым, золотистым, белым и черным флаконам, и перед глазами все начинает расплываться. Когда первая слеза скатывается по моей щеке, рядом раздается встревоженный голос Романа.
— Я сделал что-то не так? Я подумал, что тебе понадобятся твои духи, а поскольку я не знал точно, что вчера разбилось, а что осталось целым...
Не дав ему закончить, я бросаюсь ему в объятия.
— Тебе не нужно было делать это ради меня. Ты и так делаешь слишком много. А я ничего не делаю для тебя, — шепчу я.
Одно присутствие этого мужчины уже заставляло мое сердце трепетать.
Но внимательный и нежный Роман?
Все. Я этого не выдержу.
— То, что ты здесь, — это все, чего я от тебя хочу. Я хочу, чтобы ты сама хотела быть здесь, со мной, в моем доме, и чтобы я не видел сомнений в твоих глазах. Потому что могу сказать совершенно точно: когда дело касается тебя, Луна, у меня никаких сомнений нет, — говорит он с серьезным выражением лица, а затем накрывает мои губы своими.