— Спустимся в подвал. Они не ожидают, что мы окажемся там. Несколько солдат побегут к заднему двору. Когда их заметят, они приведут взрывчатку в действие, — говорю я достаточно громко, чтобы меня услышали все солдаты. — Дэмиен выберет троих, я выберу троих, и мы отправим их бежать. Они успеют уйти достаточно далеко, прежде чем те заметят их и взорвут этот дом.
Я продолжаю говорить, хотя перед глазами у меня все это время только веснушки и пряди волос цвета корицы. Мне нужно вытащить Луну оттуда. Если ради нее придется выбираться из-под груды обломков, значит, так тому и быть.
— Ты с ума сошел? Тебя похоронит заживо! — кричит Максим.
— Полегче, брат. Услышав тебя, кто-нибудь еще подумает, что тебе не все равно, что со мной будет, — говорю я с улыбкой.
Все наши солдаты преданы нам. Каждый из них без колебаний пожертвует собой ради нас.
— Нет. Ты уходишь вместе с солдатами, — заявляет Дэмиен.
— Если ты думаешь, что я брошу здесь своих людей, а сам сбегу, значит, ты еще больший псих, чем я думал, Дэмиен, — говорю я, подходя к нему.
— Луна там с психопатом, который совершенно точно работает на ирландцев. Как думаешь, что они сделают с ними, когда убедятся, что взрывчатка сработала?
Картина, которую его слова рисуют у меня в голове, заставляет меня развернуться и со всей силы ударить кулаком в ближайшую стену. Я чувствую, как кровь стекает по руке, и прекрасно знаю, что они сделают. И знаю, что каждую минуту, пока Луна вне моего поля зрения, Девин использует, чтобы отомстить мне.
И именно в этот момент мы с Дэмиеном слышим в наушниках слова, которых я боялся.
— Меня тошнит.
Голос Луны звучит отчетливо. Она не сможет одна вытащить Рокси оттуда.
Черт. Мне нужно добраться до нее.
— Дом все еще под наблюдением? — спрашиваю я одного из солдат.
— Да, никаких признаков движения, — отвечает он.
— Подождите, — внезапно раздается голос Максима. — Я могу устроить отвлекающий маневр, чтобы вы все успели выбраться, но, Роман, в нескольких домах отсюда у Девина целая армия людей. Они нападут сразу после того, как дом взорвется.
В его голосе нет ни малейшего сомнения.
В голове у меня проносится тысяча идей, но его план не так уж плох. Хороший? Конечно нет. Но мы выбирались и из ситуаций похуже.
— И как ты собираешься привлечь их внимание? — спрашивает Дэмиен.
— Через шестьдесят пять секунд дрон начнет обстреливать один из домов, где находятся ирландцы, — отвечает Максим.
Мы с Дэмиеном улыбаемся и качаем головами.
У кого, мать его, вообще есть вооруженные дроны?
Я столько всего не знаю о своем брате-близнеце, но рад, что он на нашей стороне.
— Приказ слышали. Все через заднюю дверь, — говорю я солдатам.
Мы с Дэмиеном остаемся последними. Нельзя требовать от своих людей преданности, а самому первым ломиться к выходу, когда происходит что-то подобное.
Я иду за тобой, любовь моя.
— Максим, — произношу я перед тем, как направиться к двери.
Мой голос сейчас ближе к мольбе, чем когда-либо прежде.
— Я вижу дом, в котором находится Луна, — отвечает он.
Я благодарен ему за то, что он не заставил меня вслух произнести свои страхи. Осознание того, что ей угрожает опасность, на долю секунды парализует меня, но я доверяю Максиму. Не знаю, правильное ли это решение, учитывая, что он совсем недавно буквально ворвался в нашу жизнь напролом, но я ему доверяю.
— СЕЙЧАС! — голос Максима гремит из телефона.
Наши люди вырываются за дверь и бегут так быстро, как только могут. Вдалеке раздается звук, будто пулемет сорвался с цепи и решил как следует повеселиться.
Когда последний человек оказывается снаружи, мы с Дэмиеном срываемся с места. У нас ровно пять секунд форы, прежде чем все взлетает на воздух.
Гребаные ирландцы.
Стекло, бетон и древесина разлетаются во все стороны, и, поскольку мы с Дэмиеном находимся ближе всех к дому, взрывной волной нас швыряет на землю. Что-то вонзается мне в плечо, и я понимаю, что это деревянная щепка, которая из-за того количества взрывчатки, что использовали эти идиоты, превратилась в настоящий нож. Дэмиен, похоже, в порядке, если не считать кусков обломков, рухнувших на нас.
Следующее, что я осознаю, — звон в ушах и головокружение. Черт. Такое ощущение, будто меня ударили молотком по голове, но это всего лишь последствия ударной волны. Я трясу головой, словно это способно заставить боль исчезнуть.
Дэмиен что-то говорит, но я не различаю ни звука. Вижу, как двигаются его губы, и пытаюсь подняться на колени.
— Роман. Нам нужно двигаться.
Я слышу его так, словно мы находимся под водой, но понимаю, что он говорит, и заставляю себя встать. Любая физическая боль перестает иметь значение, стоит мне вспомнить, что в нескольких десятках метров отсюда Луна находится рядом с этим психопатом.
Мышцы протестуют против самой идеи подняться на ноги, но Дэмиен помогает мне удержаться. Я замечаю, что он тоже слегка хромает, хотя, похоже, это почти ему не мешает.