Я привык к потерям. Привык к мысли, что никому из нас не гарантировано завтра. И все же осознание того, что в ближайшие годы его больше не будет рядом со мной, погружает меня в совершенно жалкое состояние.
— Будь счастлив, Дэмиен. Это все, чего я когда-либо хотел. И твой отец хотел бы для тебя того же, хотя этот ублюдок совершенно не умел этого показывать.
Не умел. Потому что был жалким подобием отца и мужчины. Он позволил издеваться над собственной дочерью. Он стоял и ничего не делал, пока его собственная женщина продавала себя ради власти. И уж точно не пошевелил даже пальцем, когда меня заставляли перечислять все виды тканей и мышц, сдирая их с костей наших врагов.
Но теперь у меня появился шанс обрести то самое счастье, о котором говорил Сарин. У этого счастья темно-каштановые волосы и карамельные глаза. И я, черт возьми, позабочусь о том, чтобы сжечь любого, кто попытается вырвать ее из моих объятий.
После того как Сарин покидает кабинет, я отправляю Стефану сообщение с приказом доставить этого ублюдка Стайлза в подвал, как только он отвезет Рокси домой.
Тревожные новости от единственного человека, который когда-либо заменял мне отца, вновь пробудили во мне жажду крови.
Глава 22
Неизвестный
Она выходит замуж.
Первый удар.
Она принимает другого мужчину.
Второй удар.
Связывает свою жизнь с кем-то другим. Не со мной.
Третий удар.
Точно так же, как поступила Елена.
Четвертый удар.
— Пожалуйста... — шепот моей жертвы разрезает воздух, но я слышу совсем не ее голос.
Только она заслуживает моего милосердия. Только она достойна лучшей версии меня.
Кнут выскальзывает из моих пальцев. Когда я пытаюсь выпрямиться, место, куда угодил тот ублюдок, начинает пульсировать, посылая огонь вверх по позвоночнику.
К счастью для меня, он не задел позвонки. Перед глазами вспыхивают картины того, как его кровь покрывает каждую поверхность, и я чувствую, как контроль вновь возвращается ко мне.
— Отпусти меня, психопат! — кричит моя жертва, вися в подвешенном состоянии.
— Предпочитаю социопат.
Мне хочется сказать ей, что через несколько минут она сделает свой последний вдох. Просто чтобы увидеть, как страх расцветает в ее глазах. Просто чтобы услышать ее рыдания. Они выглядят такими красивыми, когда рыдают.
Она не имеет никакого отношения к моему плану. Она всего лишь сосуд, в который я изливаю всю ярость, пылающую внутри меня.
Я беру со стола дрель, и ее глаза широко распахиваются. Какое же прекрасное произведение искусства она сейчас собой представляет — испуганная и беспомощная.
Пока мое пальто пропитывается ее кровью, пока ее крики превращаются в жалкое хныканье, пока за ее спиной материализуется ангел смерти, я осознаю, что выбрал неправильный способ привлечь внимание Рокси. Юрий был ошибкой. Недостаточно близок. Недостаточно важен.
Когда меня осеняет идеальное решение, моя улыбка становится шире, и я разражаюсь смехом. Дрель выпадает из моей руки и с плеском погружается в багровую лужу под блондинкой.
Даже цвет волос у нее неправильный.
Взяв ноутбук, я начинаю печатать имя человека, из-за которого Рокси бросится прямо ко мне.
Глава 23
Дэмиен
Вернувшись домой, я сразу направляюсь в спальню, где, по словам Стефана, он оставил Роксану.
Уже вечер, время ужина давно прошло. Я не смог прийти вовремя из-за проблем в клубе. Стискиваю челюсти. Мне нужна ежедневная доза счастья, и эта доза — она.
Роксана растянулась на кровати с ноутбуком, полностью поглощенная чтением.
Ее первый вечер под моей крышей, а я даже не смог прийти к ужину. Какого черта ты собираешься делать ее счастливой, если не способен справиться даже с этим? Я отгоняю эту мысль. Она здесь. В моем доме, в моей постели. И именно здесь она останется.
— Прости, что пропустил ужин, — в моем голосе слышится сожаление, но она даже не отрывает взгляда от экрана.
— Ничего страшного, — бормочет она, продолжая смотреть в светящийся экран. — Я все равно привыкла есть одна.
Мои кулаки сами собой сжимаются, и я в два шага оказываюсь у изножья кровати. Нужно было вернуться раньше.
— Слышал, ты сегодня столкнулась со своим бывшим.
Она невольно вскидывает глаза от экрана, и я вижу, как она размышляет, что мне ответить.
— Да. Видимо, миллионы на банковском счете не гарантируют, что человек станет приятнее в общении.
От ее ответа на моем лице расплывается ухмылка, но мне необходимо знать, что она ничего не чувствует к этому идиоту. Просто чтобы не испытывать угрызений совести, когда стану точить о его тело свои клинки. Хотя, если подумать, совесть меня в любом случае мучить не будет. Если она скажет, что у нее еще остались к нему чувства, я просто начну с самых тупых лезвий.
— Он тебе все еще небезразличен?