» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 38 из 127 Настройки

Я оглядываюсь через плечо и вижу человека, который всегда был мне ближе собственного отца. Когда он помог мне сбежать из Варшавы, то рисковал собственной шкурой ради меня, а за такую преданность я никогда не смогу отплатить. Даже сейчас я не знаю, какие связи ему пришлось задействовать, чтобы обеспечить безопасность моей сестры в Польше, но единственным его условием было то, что я больше никогда не ступлю на землю Варшавы.

Я дал это обещание только после того, как он разрешил мне каждую неделю получать новости из дома, чтобы я был уверен, что наша дорогая мамочка больше не использует сестру в своих целях.

— Не знал, что ты из тех, кто выпрашивает внимание и ласковые слова, Сарин, — произношу я со смехом.

Он качает головой.

— Из твоего рта вылетает одна чушь, но я знаю, что ты говоришь это с любовью.

— Василий, проследи, чтобы наш друг больше никогда не смог пройти прослушивание на X Factor, ладно?

— Не волнуйся, оперу он еще долго петь не будет, — отвечает Василий и закрывает за собой дверь подвала.

Я поворачиваюсь к Сарину и иду следом за ним в свой кабинет.

— До меня дошли слухи о свадьбе, — сообщает Сарин, перекидывая пиджак через спинку кресла напротив моего стола.

— Только не говори, что хочешь вести меня к алтарю.

— Не будь идиотом. — Но я замечаю тень улыбки на его губах. — У меня новости из Варшавы. Имя твоей будущей жены прозвучало на одном мероприятии, и я точно знаю, что твоя дорогая мамочка его услышала.

Мое тело напрягается, потому что я прекрасно знаю, на что она способна. А теперь, когда у нее есть имя... Блядь!

Моя рука инстинктивно тянется к телефону, и я пишу Стефану, чтобы узнать, все ли с Роксаной в порядке, хотя разговаривал с ним всего десять минут назад.

— Перестань вести себя как влюбленный щенок, сынок. Она учует твою слабость за милю, а уж ты лучше кого бы то ни было знаешь, как она этим воспользуется.

О, я знаю. Когда я бросился на дорогую мамочку с ножом, она заставила меня смотреть, как один из ее солдат насилует мою собственную сестру.

От одной мысли, что нечто подобное может случиться с Роксаной, мой желудок скручивает. Но нет. Тогда у меня не было власти. Не было никого, кто был бы мне предан.

— Я слышал, она планирует приехать сюда, — продолжает Сарин.

— Думаешь, она осмелится покинуть безопасные стены своего дома? — удивленно спрашиваю я.

— Она в отчаянии, Дэмиен. Голоса разделились почти поровну, а ты мужчина. Сколько бы секретов она ни прятала в кармане, организация по-прежнему консервативна, и женщина всегда будет стоять ниже мужчины.

Это было единственным благословением во всей этой истории. Весь Совет состоит из женоненавистников, которые никогда не поставят женщину во главе организации, если только эта женщина не приставит лезвие к их яйцам. А моя дорогая мамочка проделывала подобное слишком много раз. Именно поэтому она до сих пор жива.

— Я обеспечил тебе голос Царкова, — произносит Сарин, и я чувствую, что здесь есть какой-то подвох.

— Чего он хочет взамен?

— Союза через брак, — отвечает он, разглядывая свои ногти.

Я прищуриваюсь, глядя на него.

— Насколько мне известно, многоженство здесь запрещено. И даже если бы оно было разрешено, Роксана позаботилась бы о том, чтобы этой женщине пришлось выходить замуж за труп. Потому что именно трупом я бы и стал, стоило мне только заикнуться о второй жене.

Смех Сарина разносится по всему кабинету.

— Не могу дождаться знакомства с ней. Похоже, именно такая женщина тебе и нужна.

— Так и есть. — И я знаю, что он замечает гордость в моих глазах.

— Я рад за тебя, сынок. А теперь вернемся к браку. Твоя правая рука могла бы стать неплохим вариантом для дочери Царкова.

Я вспоминаю Василия и его взгляд, полный обещаний убить, когда он смотрел на мужчину, причинившего боль Джиджи. И понимаю, что там явно есть чувства.

— Я с ним поговорю. Это все, что я могу обещать.

Он коротко кивает и поднимается, но я замечаю, как его слегка пошатывает.

— Ты в порядке, старик?

— У меня больше нет молодой жены, которая держала бы меня в тонусе, — отвечает он.

Но я понимаю, что дело в чем-то другом. Судя по взгляду, которым я его одариваю, он тоже понимает, что сейчас не время для шуток.

Выпрямившись и сделав вдох, он произносит:

— У меня рак. Последняя стадия, поджелудочная железа, так что приятного мало. Но я продержусь, пока тебя не переизберут.

Волна эмоций пронзает мою грудь, словно лезвие. В этом мире не так много людей, которых я уважаю, но человек передо мной занимает первое место в этом коротком списке. Именно он научил меня терпению. Он стал первым человеком, которому я рассказал о своих приступах ярости.

Именно он позаботился о том, чтобы никто не посмел тронуть Берну, пока меня не было рядом. Он заступился за меня перед Советом, когда мне было всего семнадцать. Он сумел разглядеть что-то за моими шутками и этой пустой оболочкой, дал мне шанс. Цель в жизни.

— Перестань смотреть на меня так, будто я уже умер. Только не начинай разводить сентиментальности, сынок.

— Если тебе что-нибудь понадобится, просто скажи, — произношу я без малейшего намека на веселье.