Я хотела в это поверить. Я бы заплатила ему за то, чтобы он мне сказал эти слова. Я бы продала душу дьяволу, чтобы услышать их.
Так долго я хотела этого и не получала, что теперь не могла в это поверить.
Казалось, удача наконец -то улыбнулась мне, потому что Хэм еще не закончил.
— Малыш, мужчина проживает свою жизнь, убегая от прошлого , надеясь, что оно его не настигнет и не повторится. Но однажды ночью ложится спать, открывает глаза в темноте и видит человека с топором, внезапно обнаруживая , что ему грозит конец, который гораздо хуже, чем у большинства. Это было небольшое отступление к гораздо более уродливой части истории. И как я тебе уже говорил, он начинает размышлять. И ты не обратила внимания, но я уже не просто бармен. Я менеджер. У меня есть обязанности, и на длительный срок. Я не могу просто сложить вещи в пикап и уехать. — Его пальцы напряглись у моей кожи головы. — Дорогая, я собираюсь остепениться. Ты не знала, я пренебрегал это до подходящего момента, а этот момент настал, — я собираюсь сделаю это с тобой.
Неужели он серьезен ?
Пожалуйста, скажите мне, что он серьезен.
Чтобы заставить Хэма, единственного, кто мог ответить на этот вопрос, сделать это, я произнесла лишь одно слово:
— Почему?
— Потому что ты — моя печенька, ты легкая, смешная, честная, чертовски сексуальная, любишь мой член, и на тебя приятно смотреть.
Все это было потрясающе.
Но как -то не так.
П лоско.
К счастью, он еще не закончил.
— И я хочу детей. Надеюсь, я не слишком долго ждал, но действительно хочу их. Х очу семью, всегда хотел. Я потерял родителей, когда был молод, маму в семнадцать, папу в двадцать один. У меня не было ни братьев, ни сестер, но с мамой и папой все было хорошо. Я хочу вернуть это, и передать своим детям. Ты тоже хочешь их, и знаю, усвоила урок, преподнесенный тебе твоей же семьей. Ты будешь отличной матерью.
Хорошо. Снова.
Пожалуйста, скажите мне, что он говорил серьезно.
Пожалуйста, Боже, скажи мне, что это происходит со мной.
Я ведь знала о его родителях. Его мама всегда страдала диабетом, и хотя Хэм часто говорил мне, что она отличная мать , болезнь всегда висела над их головами.
Смерть отца стала шоком — сердечный приступ в молодом возрасте. Но, по словам Хэма, он пил, страдал избыточным весом и очень любил все жареное, поэтому во время одной из наших душевных бесед, когда мы с Хэмом только познакомились, он рассказал , что хотя смерть отца и была шоком, она не стала неожиданностью.
Однако до сих пор я не знала , что мой бродяга всегда хотел иметь семью — то, о чем я тоже всегда мечтала.
О семье , которая была бы лучше той, в которой я родилась.
— Хэм…
— К тому же, ты такая красивая. Мы сделаем прекрасных детей, получим удовольствие от этого и будем весело их воспитывать. Ты знаешь мою историю, потому что прожила большую ее часть вместе со мной. Остальным я поделюсь. Твою я знаю, поскольку разделил ее с тобой. Мы никогда не ссорились , только когда в твоей голове была каша, потому что в жизни творилось полное дерьмо, а на меня напал убийца с топором. Или когда я вел себя как мудак, поскольку слышал, как ты доводишь себя до оргазма, проведя до этого недели в постели через дверь от тебя, и это сводило меня с ума. У нас с тобой много лет ничего не было, и именно это заставило меня повести себя по-идиотски.
— Так вот в чем дело , — ответила я.
Его губы вновь дернулись, а руки притянули меня ближе.
— Да, дорогая, именно так. — Его глаза опустились к моему рту, а голос стал глубже. — Черт, все звучало так горячо, прекрасно и продолжалось чертовски долго. Настоящая пытка.
У меня свело живот.
— Хэм , — позвала я, и наши глаза встретились , но его рука в моих волосах скользнула к моей челюсти.
— Что, детка?
Он задал вопрос, но я потерялась в его глазах.
Они были затуманены и пылали. Его взгляд был способен зажечь.
И я поняла, что его мысли были заняты не тем, что я отвечу. Они витали в другом месте.
И мой разум присоединился к нему.
Его большой палец скользнул по моей нижней губе.
Я потеряла рассудок, и сама прижалась к его губам.
Он приоткрыл рот , просунул язык внутрь и запустил руку в мои волосы, а я обняла его.
Хэм наклонил голову, я склонила свою в противоположную сторону , и Хэм углубил поцелуй.
А после я уже лежала на спине в его постели, а Хэм был сверху. Совсем скоро я была обнажена, а Хэм двигался во мне, прижимаясь губами к моим, но не целуя.
Он дышал.
Тяжело.
— Когда мы закончим, ты пойдешь со мной в ванную , — приказал он хриплым голосом.
— Я не покину твою постель, малыш , — заверила я его, задыхаясь.
Бедра Хэма задвигались быстрее, и я начала задыхаться возле его губ.
— Ты идешь со мной , — заявил он теперь уже резко.
Я была так близка, но все же, задыхаясь , смогла вымолвить:
— Хэм , я не покину твою постель.