— Да. Потребовалось время, чтобы я стал достаточно взрослым и умным, чтобы увидеть все как есть. Она была эгоистичной, избалованной сукой, которая хотела получить желаемое , именно как и когда ей хотелось, и была готова на все, чтобы было так, как она того желает. Но проблема заключалась в том, что она не была до конца уверена в том, чего же хочет , и тащила меня через это дерьмо. Или, может быть, я не стал достаточно взрослым и умным, а просто злым после того, как она сделала второй аборт.
Вот оно. Дети. Во множественном числе.
Я закрыла глаза.
— Потерял свой гребаный разум, бросил ее, развелся и обнаружил , что у меня есть определенный типаж , — продолжил Хэм , и я широко открыла глаза. — Я не сдался. Я пытался. Запутался в других отношениях. Она трахала мне мозг не так сильно, но и хорошо не было. И так женщина после нее, и после нее тоже. Первая брала деньги из моего кошелька, не спросив , будто я не замечу , и постоянно ходила по магазинам, пряча купленные вещи, словно я не увижу, когда она наденет их. В этом была и моя вина, потому что я не водил ее в красивые места, но главное , я не зарабатывал достаточно денег, чтобы делать это часто.
Да. Становилось только хуже.
— Хэм… — начала я, но он снова перебил меня.
— Третья занималась тем же самым, что и моя бывшая жена: обещала быть вместе и родить детей, но работала вполсилы. Мне приходилось оттаскивать ее от проклятого зеркала, она так восхищалась картинкой , и к тому времени, когда мы снова занялись зачатием , я нашел ее противозачаточные таблетки и понял , что она обманывает меня. Это тоже была моя вина, потому что я не понимал ее отношения к своему телу. Того, что ребенок испортит всю ту тяжелую работу, которую она над собой провела, ее тело никогда не станет прежним, и она не была уверена, что готова к этому в своем возрасте. Я знал, что у нее был лишний вес, потому что был с ней до того, как она его сбросила. И я знал, что она упорно трудилась ради этого. Я мог это понять. Опять же, она такая , какая есть. Я понимаю. Только я не понимаю, зачем говорить одно, а делать другое. Не хочешь ребенка, так и скажи.
— Если бы они так сказали, то потеряли бы тебя, — осторожно объяснила я.
— Значит, трахать мне мозг — это нормально? — спросил он с недоверием.
— Нет , — поспешно ответила. — Я не оправдываю их. П росто пытаюсь объяснить, чтобы ты понял. Потерять тебя — особенно тебя — очень тяжело, Хэм. Ты хороший парень.
— Верно. — Он отрывисто кивнул. — Думаю, я понял, детка. Так что хороший парень Рис ушел. С тех пор никаких обещаний, никаких ожиданий. Только хорошие моменты и никакого дерьма. Если начинают кормить ерундой, ей больше не позвонят.
Я поджала губы, и глаза Хэма опустились на них, а затем вернулись к моим глазам.
— Тебе всегда звонили , — напомнил он мне.
— Я знаю.
— Так что это за взгляд? — спросил он.
— Мне просто интересно, сколько женщин ждут звонка , — нерешительно ответила я.
— Нисколько , поскольку, когда я принимал решение насчет тебя и Гно Бон, я позвонил единственной, которая была у меня, объяснил ей все и сказал, что звонков больше не будет. Она была в Таосе. Мы стали видеться недавно, хорошо проводили время, и , детка, может быть, я покажусь тебе козлом, но она все равно бы не прошла отбор. Кроме нее, была только Феб, а она уже двигается дальше.
Весь воздух покинул мои легкие.
Хорошая новость заключалась в том, что была только одна.
Плохая новость заключалась в том, что он снова упомянул Феб и то, что она «уже двигается дальше». От чего я задавалась вопросом, что было бы, если бы Феб этого не сделала.
Был бы он в Индиане с Фебрари ?
— Насколько это удачно ? И у вас нет еды! Идеальное время для того, чтобы мы присоединились к вам!
Хэм вскинул глаза, я повернула голову, но уже узнала этот голос с английским акцентом.
Нина и Макс стояли рядом с нами.
Черт.
— Макс, дорогой, разве это не здорово? — спросила Нина, когда никто не произнес ни слова.
Макс не выглядел так, будто считал ситуацию замечательной. Его глаза были устремлены в сторону Грега. Затем переметнулись на сестру. И только после он посмотрел на свою жену, подняв брови.
Она полностью проигнорировала его и втиснулась в кабинку рядом с Хэмом.
— Ты — Грэм Рис , — заявила она, протягивая ему руку.
Хэм посмотрел на ее руку, затем на ее лицо, после чего взял за руку, пробормотав:
— Рис.
— Я в восторге , — ответила она, когда он отпустил ее , и ее глаза обратились к мужу. — Макс, дорогой, садись. Прежде чем Макс успел выполнить приказ, она щелкнула пальцами проходящей мимо официантке и проговорила : — Мы сидим здесь. Пожалуйста, когда у вас будет секунда, нам нужно меню.
Я подвинулась, когда Макс сел рядом со мной, и откинула голову назад, когда его рука обвилась вокруг моих плеч, чтобы сжать их, когда его голова опустилась, и он поцеловал меня в щеку.