— Если учесть, что у тебя есть бумажные тарелки, странный запас палочек для еды и все, даже кружек нет, то да. Приоритетом для меня была распаковка посуды.
Он усмехнулся.
— Тогда моя голова не взорвется.
— Хорошо, — пробормотала я и сделала еще один глоток пива. А потом поинтересовалась: — У тебя есть минутка поговорить до прихода Арлин?
— Джейк в подсобке. И пока никому не нужна выпивка, я могу пообщаться.
— Разговор будет коротким.
Его брови поднялись.
— В чем дело?
— Нам нужно обсудить аренду, коммунальные услуги и тому подобное.
— Зачем?
Я моргнула и недоуменно повторила:
— Зачем?
— Ну, раз уж ты их не платишь, то и говорить не о чем.
Я, не моргая, уставилась на него широко раскрытыми глазами и с приоткрытым ртом. Собравшись с силами, я поинтересовалась:
— Не плачу?
— Детка, я же сказал, что помогаю тебе встать на ноги.
— Но…
— Чтобы встать на ноги, тебе нужны деньги.
— Да, но…
— Эй! Бармен! — позвал мужской голос.
Я посмотрела направо и увидела мужчину, который держал в руках десятку.
— Вернусь, — пробормотал Хэм и двинулся к мужчине.
Я отхлебнула пива, размышляя о нашем коротком разговоре и о своем к нему отношении. Я определилась к тому моменту, как Хэм быстро достал пиво парню, отдал сдачу и вернулся ко мне.
— У нас все хорошо? — спросил он.
— Нет, — ответила я.
— Зара…
Я наклонилась к нему.
— Пожалуйста, выслушай меня.
Хэм выдержал мой взгляд.
— Я слушаю.
— Я не могу пойти на это. Даже будь мы вместе, я бы не позволила тебе. Я сама выбираю свой путь с восемнадцати лет.
— Дорогая…
— Пожалуйста, послушай, — призвала я.
Хэм закрыл рот.
— Мы должны что-то придумать. Я знаю, сколько стоит аренда, потому что узнавала о ней, когда переезжала. Она совершенно мне не по карману, и я даже не рассматривала две спальни с тремя балконами. Подозреваю, что половина твоей арендной платы больше, чем я платила за студию, так что это хреново, и я ее не потяну. Но я должна что-то сделать, и ты позволишь мне, Хэм. Если нет, я сразу же съеду. Мэйбеллин сказала, что я могу остаться с ней и ее мужем, если…
Он прервал меня.
— Половина коммунальных услуг, сто долларов в первый месяц, сто пятьдесят во второй, двести в третий, и мы будем придерживаться этой суммы в течение следующих трех месяцев и посмотрим, что из этого выйдет.
Я глубоко вздохнула и почувствовала, как напряжение спало с моих плеч.
— Спасибо, — тихо проговорила я.
— Значит, мы договорились? — спросил он.
Я кивнула.
Его умные глаза пробежались по моему лицу.
— Полегче, — пробормотал он.
— Что? — спросила я.
Он покачал головой.
— Ничего.
— Нет, Хэм , что?
Он снова внимательно посмотрел на меня, а потом уперся предплечьями в стойку бара, и мышцы моего живота сжались от удара, нанесенного этим воспоминанием.
До того, как мы сошлись, и особенно во время наших отношений, я не могла сосчитать случаев, когда стояла у бара, а Хэм располагался за ним, опираясь на локти и наклоняясь ко мне, пока мы флиртовали, болтали, дразнились, шутили, обсуждая, что угодно.
Мне этого тоже не хватало.
Очень.
И сейчас, я получила все обратно: свою работу и Хэма, склоняющегося ко мне.
Только не так, как хотела.
О да, это будет настоящая борьба.
— Стесняюсь сказать, дорогая, — отвлек меня от моих мыслей Хэм , — но у нас с тобой, что было, то было. И значительной частью этого была наша откровенность. И я бы хотел вернуться к этому, поэтому скажу как есть. Думаю, из того дерьма, что я выплеснул на тебя, ты поняла, что, по большому счету, я не большой поклонник женщин. Я мужчина, поэтому у меня есть базовые потребности, которыми я не пренебрегаю, я не скрывал этого от тебя. Но только с двумя женщинами мне было просто. До той ночи, когда мы с тобой разошлись во мнении, одной из них была ты. Ты разбиралась со своим дерьмом, поэтому я понимаю. Но хочу, чтобы ты знала, я рад, что ты вернулась к легкости. Именно так я всегда думал о тебе, и когда я был вдали, именно так тебя вспоминал. — Он усмехнулся. — Это и твоя улыбка, мягкие волосы, и то, как хорошо ты владеешь своим ртом.
Я скрыла дрожь, которую вызвали его слова, и предупредила:
— Я еще в зоне риска, Хэм. Ты мне очень помогаешь, но до легкости мне еще далеко.
— Мы доставим тебя до этой точки, — пообещал он.
— Спасибо за то, что ты так крут, — ответила я и улыбнулась. — Именно таким я тебя и запомнила. Ты был горяч и крут.
Его рука поднялась и потянулась ко мне. Я напряглась, надеясь, но боясь, что она опустится.
Но он не отступил.
Хэм сделал то, что делал обычно. Он заправил мои волосы за ухо, провел кончиками пальцев по всей длине раковины до мочки, затем опустился к шее. Он провел пальцами ниже, и убрал руку.